Вот описание для сайта-библиотеки: Татьяна шла по улице, нервно сжимая сумку. Поток людей тек вокруг нее — мужчины и женщины, бегущие к дачным участкам или возвращающиеся со них. Тенью проносились машины и автомобили, а рядом шли непрекращающийся поток людей. За все наши мужицкие злодейства — я женщине воздвиг бы монумент, подумала она, возвращаясь к древним поэтическим словам....
Волки сопровождения, чуть не ползком, отходили подальше от двух впавших в боевой транс альф. Один скользнул на крыльцо и ввалился в дом.
Но Верховный и сам почувствовал, что на улице неладно. Одним прыжком вылетел наружу, мгновенно оценил картину.
Секунда — и на готовых вцепиться друг другу в глотки волков, обрушился волколак.
Схватил за шиворот одного и резко бросил на землю, вышибая воздух из лёгких. Одновременно отвесил увесистую оплеуху второму, от которой тот, кубарем, покатился по двору.
Волколак на этом не успокоился — подтащил серого к бурому и встал над ними.
Оба волка лежали, не двигаясь, всем видом показывая, что покорны, приняли наказание и смиренно ждут своей участи.
Верховный, напоследок, двинул одного и второго мордой и сделал шаг назад, показывая, что можно обернуться.
Матвей и Кирилл, ошеломлённые и подавленные, стояли перед Волковым, понурив головы.
— Нашли время и место отношения выяснять! — рявкнул Андрей. — Сгиньте с глаз моих! Оба!
— Щенки, — вякнул Кирилл.
— Что? — стремительно развернулся Волков. — Какие щенки? Разве, тебе можно детей доверить, если ты и за себя не отвечаешь? Матвей — не ожидал от тебя. Всё понимаю, сам еле сдерживаюсь, чтобы ему что-нибудь не оторвать. Но устраивать разборки на глазах самок и подчиненных?
— Виноват, — склонил голову ещё ниже Матвей.
— Дёмин — в вертолёт, — приказал Верховный. — Григорьев, у тебя дел невпроворот, займись ими.
Татьяна видела всё в окно. Да, Волков — крут. Не миндальничал. После его оплеухи и швырка, у обоих, наверняка, трещины в рёбрах, про синяки и гематомы можно и не говорить — у каждого теперь их целая коллекция.
Женщина повернулась и наткнулась на Настасью, зависшую рядом.
«Ну, вот. Доигрались! Человечка всё увидела. Что же, теперь, будет?» — с тоской подумала Татьяна, подбирая слова, чтобы успокоить бабушку.
Но Наста, в очередной раз, её удивила.
— Таньк, ты видела? Как он их?!!! Раз, раз — и в дамках. А эти, лежат, скулят. Какой мужчина!!!
Бабушка подняла голову, и Татьяна увидела сияющие глаза Настасьи.
— Чё смотришь? Испугалась, что ли? Так, Андрей — не дурак, просто, разнял этих недопёсков, калечить никого не хотел, видно же. Тань, ты, чего?
— Тетя Наста, не знаю, что сказать. Ты не испугалась?
— Я? Кого?? — бабушка хмыкнула. — Сроду мужиков не боялась. В каком бы обличии они ни были.
— В каком обличии? — растерялась Таня.
— Хоть в человеческом, хоть в свинячьем, хоть в собачьем.
— Свинячьем?
— Ну, да.
