Неожиданно она с удовольствием подумала о том, что действительно неплохо было бы отложить дела и насладиться близостью, предвкушение которой сжигало их обоих. Она провела кончиком языка по его уху и поцеловала впадинку за ним. А затем рассмеялась, когда он ускорил шаги и почти пробежал последние несколько футов до их комнаты. Распахнув ногой дверь, он мягко бросил ее на кровать. Она снова рассмеялась."
"Когда она осознала, насколько светло в комнате, ее охватило смущение.
— Баллард, здесь слишком светло.
— Ты стесняешься своего мужа?
— Все меньше и меньше, — призналась она с улыбкой. — Но не мог бы ты задернуть шторы?
— Тогда я не смогу тебя видеть, — сказал он, поднялся, но не слишком плотно задвинул шторы, а лишь приглушил яркий солнечный свет.
Приблизившись к ней, он просиял и поцеловал ее. Легкой перемены в освещении оказалось достаточно, чтобы побороть ее смущение, и он посчитал это приемлемым компромиссом. Отвлекая ее легкими поцелуями, он снял с нее простенькое платьице. Ее движения становились все более смелыми и призывными, и наконец остатки смущения улетучились окончательно. Он раздел ее, оставив только тонкую сорочку, потом стал раздеваться сам и улыбнулся, когда она начала расстегивать его рубашку.
Ему нравилась застенчивость Кловер, но он был рад, что это качество потихоньку сходит на нет. Вскоре он попробует привнести в их любовные отношения нечто более откровенное, — возможно, это будут занятия любовью не в постели, а где-нибудь в другом месте. Ему очень хотелось смотреть на нее совершенно обнаженную при свете.
Он провел руками по ее ногам, ухватил подол сорочки и начал медленно поднимать его вверх, слегка касаясь пальцами ее тела. Он улыбнулся, когда сорочка плавно обнажила ее бедра, и нагнулся, чтобы поцеловать ее упругий живот. Раньше Кловер настойчиво утверждала, что у нее нет рыжинки в волосах, но завитки волос на сгибе ее бедер были ярко-медного цвета. Однажды, когда она перестанет так смущаться его откровенных разговоров, он скажет ей об этом.
Кловер задрожала, когда Баллард сдернул с нее сорочку, отбросил ее в сторону и прижался к ней всем телом. Ощущение его прикосновения неизменно пробуждало в ней желание. Она провела рукой по его телу, погладила упругие, гладкие бедра. Она наслаждалась его теплом, гладкой кожей, мощными мускулами. Когда она, просунув руку между их телами, начала поглаживать его плоть, поцелуи Балларда стали почти яростными. Ей очень нравилось, как он реагировал на ее интимные ласки и как быстро начинал терять над собой контроль. Баллард всегда боялся, что, охваченный безудержным желанием, может повести себя слишком грубо, но Кловер собиралась доказать своему мужу, что не такая уж она и хрупкая.