Автор
Ланглейвилл, Пенсильвания, Апрель 1794 года: Томас разорвал помолвку, говоря с учтивостью, но Кловер Шервуд ощущала тупик в своем плане. Она вздохнула и глядела на открытый вид через окно особняка, пропуская весеннее утро, которое обычно радовало ее, теперь казавшийся холодным напоминанием об эмоциональной катастрофе....
Возможно, вечер, проведенный в нашем доме, напомнил Балларду о том, что вы имели раньше. Подозреваю, что мои разговоры о театре и опере тоже сыграли свою роль. А теперь, как мне кажется, Баллард намерен поступить очень благородно — он собирается предоставить вам свободу. На самом деле я полагаю, что он намеренно сводит нас.
— Тогда вам лучше уйти.
Теодор поставил чашку на стол.
— Простите, не понял.
— Вы абсолютно правы от первого до последнего слова. И думаю, сейчас вам лучше немедленно уехать домой. Ни к чему сыну мирового судьи видеть, как жена убивает своего мужа.
Он рассмеялся, встал, нагнулся над столом и поцеловал ее в щеку.
— Не будьте с ним слишком суровы.
— Конечно, нет. Я искренне намереваюсь все спокойно и разумно обсудить с ним… после того как придушу его.
Вскоре после ухода Теодора на кухне появился Баллард. Кловер была уверена, что Теодор сказал Балларду, чтобы тот зашел к ней. На его лице вновь было мрачное выражение. Оно ей уже порядком надоело.
— Баллард, нам надо поговорить, — заявила она и, сев за кухонный стол, сделала ему знак сесть.
— Да, надо.
Он налил себе большую кружку эля, словно без бодрящего глотка ему было трудно что-нибудь обсуждать.
Кловер не понравилась его готовность к разговору. А что, если проблема заключается совсем в другом? А если на самом деле он больше не хочет быть женатым на ней и не знает, как ей об этом сказать? Тем не менее она знала, что не сможет успокоиться, пока не узнает правду.
— Последние две недели ты ведешь себя очень странно, — сказала она, проклиная дрожь в голосе.
— Неужели?
Баллард постарался не показать своего удивления. Он всячески старался скрывать свои чувства и считал, что ему это хорошо удается. Каждый раз, когда Теодор приходил с визитом, он старался оставить их наедине. Он думал, что плетет свою интригу очень искусно. Но выходило, что он каким-то образом выдал себя.
— Да, ты ведешь себя очень странно, Баллард. Что происходит? Я уверена, тебя что-то беспокоит. Ты не человек настроения, но тем не менее ведешь себя как капризный юнец, и это началось сразу же после нашего спасения.
Баллард не дал ей закончить фразу, прижав палец к ее губам.
— Это произошло не из-за тебя. Не ты создала эти неприятности. И не вини себя за переменчивость моего настроения, любимая.
