Автор
Утро было наполнено необычным теплом и непростым бодрствованием. Проснувшись под тяжелые объятия мужчины и его запах, я понимала, что сегодня мне придется выдержать предстоящий гость, чужой и страстный, в одних лишь ночнушках.
Несколько лет назад, уволившись с веселой работы с наполеонами и цезарями, она взяла в банке кредит и открыла свое агентство.
Дело пошло, и сейчас Валерия Николаевна превратилась в преуспевающую бизнес-леди, чей офис занимал четверть этажа в элитном бизнес-центре недалеко от Кремля.
Как оказалось, первый пункт плана войны с моим пасынком, который мы с Марьяной составили вчера, мы уже выполнили. Во время визита к Лене я подала документы на вступление в наследство согласно завещанию почившего супруга.
И сейчас мы приехали к Лерке во имя исполнения второго пункта нашего гениально простого плана – теперь мне нужно было спрятаться.
Причем спрятаться так, чтобы мой пасынок минимум полгода не мог меня найти.
Не нашел и не прикопал где-нибудь в лесочке, пока я не успела вступить в права наследования. Чтобы после моей кончины спокойно получить состояние своего отца, как единственному законному наследнику.
После короткого мозгового штурма было решено, что мне придется устроиться кем-нибудь вроде горничной в отдаленном, – в тайге, пустыне, на необитаемом острове, – месте.
О парне я знала только то, что он живет за границей, преимущественно в Швейцарии. И что на родину въезд ему долго был закрыт по причине неблаговидных дел, связанных с криминалом.
Мой покойный супруг о сыне практически не говорил. Даже имя его называл всего раз или два. Так что спроси меня, как зовут мальчонку, я и не вспомню.
Я всегда полагала, что если и встречусь с единственным сыном моего супруга, то произойдет это при совсем других обстоятельствах.
Мне и в голову не приходило, что Гарик, никого не предупредив, вздумает умереть.
И что под его подушкой я найду завещание, в котором прочитаю сакраментальную фразу «все, чем я владею, завещаю своей любимой жене Снежане Анатольевне Деминой», то бишь, мне. Печать и подпись нотариуса на документе выглядели вполне настоящими.
Гарик, который был старше меня на двадцать восемь лет, стариком отнюдь не был. И умирать в ближайшее время точно не собирался.
Нашу с ним свадьбу хотел устроить еще мой папа, который в моих мужьях не видел никого, кто не обладал бы приличным состоянием и жизненным опытом. А еще двойным гражданством, что в условиях постоянной нестабильности в нашей стране было полезным приобретением.
