Автор
На снимке — белокурая девочка с бантами на голове держит потрепанный плюшевый медведь, глаза ее сверкают восхищением. Платье цвета розы украшено нежными кружочками, как воздушное безе. Этот очаровательный уголок детства наполняет атмосферой любви и нежности, словно привязывает взгляд читателя в мир бесконечных возможностей и чувственных ощущений....
– Я, честно сказать, даже не думал, что такое бывает… Мистика!
«Что вы знаете о мистике?» – устало подумала я, вспомнив о своем «чудесном» даре."
"– Они не общаются? В ссоре? – поинтересовалась я. Наверное, это было не особо тактично с моей стороны, но ведь я спросила не у самой Жабы.
– Дочери Яси нет на свете уже восемнадцать лет, – глухо проговорил Лев Борисович. – Страшная автокатастрофа, лобовое столкновение. А ведь она только окончила университет. Работала в туризме, много путешествовала… Жить бы да жить.
Стало совсем не по себе. Как раз в тот момент на улице послышался пронзительный визг тормозов. Мы с деканом, словно подумав об одном и том же, переглянулись. Лев Борисович встал из-за стола и, подойдя к окну, плотно его закрыл. В кабинете стало совсем тихо, казалось, что я даже слышу стук своего испуганного сердца.
– Да-а, восемнадцать лет! Время быстро бежит, но, к сожалению, совсем не лечит… Я говорил Ясе, чтобы она не ставила крест на своей карьере, но после трагедии она стала вести совсем уж затворнический образ жизни.
– Какой кошмар, – только и выдавила я из себя, вспомнив квартиру Жабы. В ней все было пропитано одиночеством. А мысли жалили, словно ядовитые змеи.
– Надеюсь, этот разговор останется между нами, Журавлева? – спохватился Лев Борисович.
– Да, конечно! – закивала я, поспешно поднимаясь на ноги.
– Ядвига Станиславовна вернется к работе уже завтра, – добавил декан и выразительно посмотрел мне в глаза.
– Все успею, – снова кивнула я, пока слабо соображая, каким образом удастся это сделать.
– Отлично! Тогда жду вас в своем кабинете вместе с зачеткой, – улыбнулся Лев Борисович.
До дома я добралась на автомате. Брела, особо ни о чем не думая, подставляя лицо майскому солнцу.
– Лера? – удивилась мама, пропуская меня вперед. – Что это? Где твои ключи?
– В сумке, руки заняты! – проговорила я, демонстрируя маме жестяные банки.
– А это…
– Спокуха, мама! Это не алкоголь! – пропыхтела я, скидывая туфли.
