Яна, может быть, ты что-нибудь посоветуешь? Твое нежное девичье сердце наверняка наполнено всякой романтической чепухой.
Слова «чепуха» неприятно кольнуло, оно противоречило каждой строчке из его песни, в которой он так красиво описывал любовь. Где логика? Гедеон, видимо, просто не верит в настоящую любовь. А я уже успела забить голову пустыми ожиданиями.
Я не успела ответить ему, потому что раздался громкий, настойчивый звонок в дверь.
– Наверное, доставка еды, – предположил Гедеон. – Или ты ждешь кого-то еще?
Я открыла дверь – на пороге стоял паренек с огромным букетом красных роз.
– Яна Одинцова? – спросил курьер, протягивая мне букет.
– Да, – растерянно пробормотала я.
– Пожалуйста, распишитесь здесь, – курьер сунул мне планшет и ручку.
– От кого цветы? – рядом со мной возник Гедеон. Он выхватил карточку из букета и лицо его окаменело. Я забрала карточку из его пальцев и прочитала:
«Яна, спасибо за прекрасную компанию в тот вечер. Прости за сорванный поцелуй, во всем виноват саксофон, правда? Но я бы повторил его. Ден»
– Оу, – вырвалось у меня.
– Сейчас же заберите это обратно, – Гедеон выхватил розы из моих рук и вручил их обратно курьеру.
– Эй, это мои цветы! – возмутилась я.
– Отнесите их в квартиру напротив.
– Ээээ… – курьер растерянно смотрел то на меня, то на Гедеона.
– В квартиру напротив, я сказал, – с нажимом повторил Гедеон и указал на дверь, за которой жила моя пожилая соседка, та самая, которую он встретил однажды. – Скажите, что от тайного поклонника. Порадуем старушку, да, Яна? – и захлопнул дверь прямо перед носом курьера.
– Боже мой, – раздраженно выдохнула я. – Что ты творишь…
– Это ты что творишь? Понравилось с ним целоваться?
Едва я повернулась к нему, как он сделал шаг вперед, прижав меня к стенке. Его ладони накрыли мои щеки, а губы прижались к моим губам в дерзком поцелуе, сводя на нет возможность сопротивления. Он целовал меня со страстью, буквально зажимал в тиски. Он подхватил меня одной рукой, а другой – впился пальцами в кожу на моей спине.
Я ощущала, как воздух между нами вибрирует от напряжения. Заглянула в его глаза и увидела в них океан, в котором я тонула.
– Ненавижу тот день, когда ты целовалась с Деном, глупышка, – он положил меня на диван, нависая сверху.
Он коснулся моих губ еще одним обжигающим поцелуем, а затем схватил мои запястья и поднял руки над головой. В следующий момент одним ловким движением он снял мою футболку через голову и выбросил ее куда-то в сторону.
От неожиданности у меня вырвался стон протеста. Вот так просто я осталась перед ним в одних коротких шортиках.
– Ты сногсшибательна, – тяжело дыша, он восхищенно скользнул по мне глазами.