В черном шерстяном дублете и сапогах лежит незнакомец, кинжал на поясе, прикрывает мокрую девушку в худенькой сорочке со слегка растрепанными рыжими волосами. Она уже не дышит, а он, устав от этого трагического случая, пытается её спасти, хотя в этом почти нет надежды.
— А здесь — как парное молоко. Жиль, балбес, ты ещё не показал девушке море? Бери-ка её за что-нибудь и веди, понял?
И госпожа Лика недвусмысленно показала им обоим на дверь."
"На вопрос — в чём здесь купаются — Жиль сначала задумался, а потом сказал — а ни в чём. Тебя это пугает? Не пугайся, рыжехвостая, дом стоит уединённо, отцу принадлежит изрядный кусок побережья, много мелких бухточек, где нас никто не увидит. Совсем никто. Сорочка да туфли — и достаточно, и то, чтобы в доме никого слишком не вдохновить своим видом.
Катерина решила поверить. И по дороге спросила:
— Скажи, а откуда прибыла великая герцогиня? Которая Лизавета Сергеевна?
— А я бы знал, — сообщил он. — Никогда не задумывался. Но я не слишком-то много знаю о тех местах, которые далеко, и где я пока не бывал. Она при мне никогда не рассказывала о своих родных краях, а там бывал разве что господин Фалько. её супруг, но он вообще везде бывал. Даже на твоих островах.
Бухта, куда привёл Катерину Жиль, и вправду оказалась уединённой — с мягким песком и плавно уходящим в глубину дном.
— Спасибо, — прошептала Катерина, выдохнув. — Но если мы иногда будем сюда приезжать — я научусь. Кстати, сюда — это куда? Я так и не поняла, где мы находимся.
— На острове Устика, неподалёку от Монте-Реале. Там большой порт, если смотреть отсюда — то справа.
— Это туда идёт корабль?
Корабль по очертаниям напоминал галеру из учебника истории средних веков. Или нового времени — Катерина уже не помнила.
Жиль прищурился.
— Точно, туда.
— Будет праздник?
— Не знаю. Будет радость встречи, это точно. Кстати Жанно сказал, что будет ждать нас в Фаро. Его там занял какими-то насущными делами господин Фалько.
— Господин Фалько — это кто?
— Это великий герцог, его милость Марканджело Фаро.
