Автор
Даша привыкла просыпаться с громкими утром и мгновенно погружается в свою реальность. Но вот уже несколько месяцев она не видит тех людей, кого считала своим — за исключением одного лица на экране. Любовь с уведомлением кажется невероятной и прозрачной одновременно: реальная или лишь игра воображения?...
Я принимаю тебя нового, неизвестного. И то, что я вижу, мне очень нравится.
– Пойдём-ка обсудим это в спальне, – приподнимает меня, словно пушинку, и направляется в комнату.
– Нам через пятнадцать минут выезжать, – делаю попытку остановить порыв.
– А может, ну его? Останемся на пару дней?
– Не получится, Илья Андреевич. Как ваш личный помощник напоминаю: завтра очередная встреча с представителями «Агрострой». В десять утра. Ни минутой позже.
– Вот же… – опускает меня на пол и разочарованно вздыхает.
– Согласна.
Вересов исчезает в спальне, пока я проверяю, всё ли собрала. Иду в ванную, а закрыв дверь, слышу звонок домофона. Неужели он напоследок решил поесть? Не так много времени остаётся до нашего рейса. Несколько голосов оповещают, что появился однозначно не курьер. Один из них, очень громкий и звонкий, постоянно произносит «Илюха», что означает близкое знакомство.
Выхожу в коридор, прислушиваясь к разговору на кухне, и иду на звук. Не знаю, кто это, но поздороваться придётся.
– С кем ты прилетел? – слышу незнакомый мужской голос.
– Со своей помощницей, Дарьей. Прилетели позавчера, были на премьере в опере, сегодня не покидали квартиру. Прости, хотел провести время с девушкой.
– Помощница? – почти дохожу до двери, но слышу: – Это не та случайно, которую ты ещё недавно назвал тупой безрукой курицей? – Следом раздаётся мужской гогот, а я застываю в дверях, схлестнувшись взглядом с Ильёй.
Обида ошпаривает мерзостью произнесённой фразы. Мгновенно наворачиваются слёзы, губы трясутся, а в горле застыл вопрос: «За что?» Вересов сглатывает и срывается с места, приближаясь ко мне. Я же рвусь к двери, накидывая наспех пальто и хватая чемодан, чтобы вырваться из душной квартиры, в которой только что счастье осыпалось острыми осколками.
Нервно жму на кнопку вызова лифта, а когда створки разъезжаются, заскакиваю, но Вересов успевает протиснуться следом.
– Даш, Даша, Дашенька, – прижимает меня к себе, гладит по волосам, словно этот простой жест поможет забыть каждое слово, произнесённое минутой раньше. – Он не это хотел сказать…"
"– А что? Что он хотел сказать? – Из меня рвётся крик вперемешку со слезами, скатывающимися дорожками по щекам.
