Автор
Даша привыкла просыпаться с громкими утром и мгновенно погружается в свою реальность. Но вот уже несколько месяцев она не видит тех людей, кого считала своим — за исключением одного лица на экране. Любовь с уведомлением кажется невероятной и прозрачной одновременно: реальная или лишь игра воображения?...
– Добрый день, а что вы делаете? – наблюдаю за тем, как один взбирается по лестнице и начинает сверлить дырку под потолком.
– Камеру вешаем.
– С какой целью? – мгновенно напрягаюсь, понимая, что теперь за мной кто-то будет наблюдать.
– Цели нам неизвестны, – пожимает плечами один из них и вытаскивает из коробки ту самую камеру, больше похожую на шарик. – Поступил заказ, мы выполняем. Насколько я понял, начальник желает наблюдать, чем занимается его секретарша на протяжении рабочего дня. – Едкий смешок и многозначительные взгляды говорят, что мужчин веселит данная ситуация.
– Чего? – перестаю дышать, ошарашенно рассматривая камеру в руках мужчины.
То есть теперь Вересов будет наблюдать за мной?
– А вы почему так разволновались? – рабочий замирает с дрелью в руках. – А, вы и есть секретарша? – неуверенно киваю. – Не повезло, – заключает мужчина и продолжает сверлить.
Стою в растерянности несколько минут, а затем, сминаемая злостью на Вересова и собственной обречённостью, врываюсь в кабинет босса.
– Илья Андреевич, а можно узнать, по какой причине в приёмной появилась камера? – стараюсь говорить спокойно, но голос предательски дрожит, а я почти захлёбываюсь негодованием.
– Можно, – отвечает спокойно, не удостоив меня взглядом. – Вы, Дарья, насколько я мог заметить, уделяете много времени телефону и мало работе. И дабы избежать вопроса, за что вы получаете оплату, я хочу контролировать ваш рабочий процесс, то есть быть на сто процентов уверенным, что на работе вы работаете.
– Вы не имеете права… – делаю попытку возмутиться, но вскинутая боссом ладонь, показывает, чтобы я заткнулась.
– Вас что-то не устраивает? Выход там, – указывает в направлении двери.
Открываю рот, чтобы оспорить каждое слово, но вовремя вспоминаю, что босс он, а моё положение и так шаткое. Что бы я ни сказала, в итоге правым окажется Вересов, даже если каждый из нас будет понимать обратное, поэтому смыкаю губы, чтобы из рта не вырвалось ничего лишнего, и покидаю кабинет начальства.
«Семь недель, Даша, всего семь грёбаных недель, и ты его больше не увидишь!» – уговариваю саму себя, пока наблюдаю за манипуляциями мужчин в приёмной. Вовремя возникает мысль написать Космосу, от которого висит несколько сообщений.
Я: Я теперь под пристальным наблюдением начальства, отвечать в течение рабочего дня не смогу. Мой босс, вероятно, имеет против телефонов нечто личное…
Kosmos35: А если рабочий звонок? По делу? Не все пользуются корпоративной связью.
