В зале музея древних культур, Трейси и ее подруга Шэрен изумленно рассматривают необычный предмет: нелепое соединение миндаля с керамической бронзовой фигуркой. В мгновение ока мужчина исчез, но его устремленные на них взгляды остались в дурацком анекдоте из загадочной разговорной языковой смеси....
Хотя, положа руку на сердце, чего только не насмотрелась в период активного взросления сына.
Она внимательно пригляделась к девушке и пришла к выводу, что ни разу не видела ее в окружении Ника. А видела немало, в последние два месяца в особенности. Лилиан задумчиво постучала пальцами по белоснежной раковине. Что-что, а характер своего мальчика она знала отлично и лучшее, что могла сделать — положить снимок на место и забыть, но беспокойство съедало. Ник уже взрослый, и учить его как вести себя с женщинами не нужно, да и ханжой Лилиан никогда не была, но сын будто с цепи сорвался.
— Сынок, ты ничего не терял? — изобразив беспечность, воскликнула она. Один взгляд на фото, и убийственно-спокойный голос Ника заставил ее сглотнуть.
— Где ты это взяла?
— Фотография выпала, когда я искала чистые полотенца. Я подумала, что она нужна теб…
— Она не нужна мне, — тут же прервал Ник.
Это был привет из другой жизни. Той, в которой они с Шэрен были вместе. Ник вспомнил, как домработница, разбирая его вещи, чтобы отнести в химчистку, нашла в кармане брюк сделанный накануне снимок. Он улетел на переговоры в Нью-Йорк на три дня и все равно ужасно скучал, жалея, что не взял Шэрен с собой, поэтому находке был рад.
— Ник… — робко позвала Лилиан, но Брендон предупреждающе коснулся её руки. Расспросы лучше оставить на потом. Она поняла и, сделав вид, что ничего особенного не произошло, принялась жарить мясо.
