Автор
В зале сидят обычные люди, но их судьба на волоске от страсти и трагедии. Миссис Фонтейн под пристальными взглядами чиновников обсуждает свое будущее после необычного собеседования. Вокруг звучит напряженная тишина, но изнутри она плещет ожиданием и неожиданными откровениями. Невероятные обстоятельства готовят к несчастью или к чуду — все зависит от ее решительности....
Ла Вей улыбнулся:
– Мне повезло, что у меня еще есть дедушка, который гордится…
– Лорд Ла Вей!
Все присутствующие разом повернулись. Один из лакеев, которые весь вечер входили в комнату и выходили из нее абсолютно беззвучно, вдруг заговорил. Ощущение было таким, будто голос подал канделябр.
– Прошу прощения, что перебиваю вас, милорд, но мне сказали, что дело не терпит отлагательства. Вас ждут в фойе, – сообщил слуга.
Филипп посмотрел в лицо лакею. Было в нем что-то такое, что заставило принца медленно встать и очень аккуратно сложить салфетку.
От предчувствия беды волосы у него на затылке встали дыбом.
– Сюда, милорд, – спокойно сказал лакей.
Филипп последовал за ним и остановился только в фойе. Пол здесь был выложен плиткой, как шахматная доска.
Его лакей Рамзи ждал у дверей, освещенный лишь двумя высокими фонарями, свет которых практически обесцвечивал его лицо. На пол вокруг Рамзи стекали капли дождевой воды.
В ушах у ла Вея зашумело.
– Что-то с миссис Фонтейн? – резко спросил он.
Его вопрос удивил лакея.
– Нет, милорд. Видите ли, милорд, мне неловко беспокоить вас. Я не сделал бы этого, если бы…
– Давайте же, Рамзи, договаривайте!
– Юный мистер Фонтейн пропал.
Сердце Филиппа сжалось.
– Джек? – хрипло спросил он.
– Миссис Фонтейн пошла проведать его после обеда, но его не оказалось в постели. Мы обыскали весь дом. Мы то и дело звали его. Мы даже… – Рамзи с трудом сглотнул, – заглянули под лестницу… на случай, если…"
"Филипп предостерегающе замотал головой.
Шум в ушах Филиппа стал громче, а сердце застучало так, как сапоги солдат стучат по площади на военном параде. Он мгновенно и почти осязаемо ощутил ужас Элайзы, словно это был приближающийся шторм или змея, обвившая сердце. Ла Вей узнал в себе ту холодную ярость, которая постигнет кого угодно, вселенную или судьбу, если те дерзнут причинить вред ей или Джеку.
Он все сделает правильно.
– Миссис Фонтейн известно, что вы здесь? – спросил он.
– Нет, милорд. Она не позволила бы мне побеспокоить вас. Поэтому я ушел, не сообщив ей об этом. Она все еще обыскивает дом и зовет мальчика по имени… – Рамзи вздохнул.
Подняв руку, Филипп быстро сжал плечо лакея.
– Вы поступили правильно.
До революции ничего подобного ни один из ла Веев не сказал бы лакею и не сделал.
До Элайзы Фонтейн.
