Автор
В зале сидят обычные люди, но их судьба на волоске от страсти и трагедии. Миссис Фонтейн под пристальными взглядами чиновников обсуждает свое будущее после необычного собеседования. Вокруг звучит напряженная тишина, но изнутри она плещет ожиданием и неожиданными откровениями. Невероятные обстоятельства готовят к несчастью или к чуду — все зависит от ее решительности....
– Филипп отмахнулся от разговора об Александре, словно та была тучей над миром Элайзы. – Но не со мной. Я сказал ей о своих чувствах к тебе. Я даже поблагодарил ее за то, что именно она привела тебя в мою жизнь, потому что теперь я знаю, что произошло.
Элайза не промолвила ни слова. Счастье лишило ее дара речи. Несколько мгновений ей хотелось, чтобы ощущение того, что она соткана из света и мира, длилось вечно.
– Мы можем создать собственную историю, наш дом, свою династию, если… – Его голос стал хриплым, а потом и вовсе почти затих.
Элайзе не хотелось мучить его, но ее голос все никак не мог вырваться из груди, настолько она оцепенела от счастья.
– Я тебя люблю. – Элайза наконец произнесла так нужные ему слова, и они показались ей совсем обыденными, хотя должны были бы прозвучать в сопровождении небесных труб.
Ла Вей вздохнул с видом человека, которого только что выпустили из запертого на замок ящика, и закрыл глаза.
В несколько мгновений он преодолел остававшееся между ними расстояние – Элайза оказалась в его объятиях, как будто никогда и не покидала их.
Шепча ей на ухо что-то по-французски – это была какая-то ерунда, какие-то нежности, – Ла Вей смахнул ее слезы. И тогда она увидела его лицо и навсегда запомнила, как он выглядел в то мгновение, когда она сказала ему о своей любви.
Потом Филипп посмотрел ей в глаза:
– И ты станешь моей женой?
– И я стану твоей женой.
– Ты уверена в этом, ma cherie?
– О да! Ты же знаешь, я – игрок.
– Ну что ж, и я научился играть в долгую игру."
"– Вот и отлично! Если мы будем играть вместе, то всегда будем выигрывать.
И тогда Ла Вей поцеловал Элайзу – сначала робко, словно он целовал ее в первый раз. Потом поцелуй стал таким жадным и страстным, что даже птицы на ветках деревьев покраснели, как будто рядом вспыхнул пожар.
Конечно, и ее родители, и Джек наблюдали за ними из окон верхнего этажа.
– Она пошла в тебя, – сказал отец Элайзы ее матери, когда та промокнула глаза носовым платком, а та в ответ только легонько толкнула его локтем в бок.
Преподобный Силвейн обвенчал Филиппа и Элайзу в церкви Пеннироял-Грина. На церемонии присутствовали очень удивленные, но настроенные сентиментально граф и графиня Ардмей, а также заливавшиеся счастливыми слезами члены семей Фонтейнов и ла Веев и слуги.
После того как новобрачные вышли из церкви под радостные крики зевак, Филипп и Джек забрались на колокольню.
