Автор
В зале сидят обычные люди, но их судьба на волоске от страсти и трагедии. Миссис Фонтейн под пристальными взглядами чиновников обсуждает свое будущее после необычного собеседования. Вокруг звучит напряженная тишина, но изнутри она плещет ожиданием и неожиданными откровениями. Невероятные обстоятельства готовят к несчастью или к чуду — все зависит от ее решительности....
По сути, она пыталась издеваться над ним, но так, чтобы он этого не понял.
Если не считать того, что сейчас она прекрасно осознавала, что он все понимает, в этом Ла Вей был абсолютно уверен.
– Как много замечаний вы испытываете необходимость сделать, миссис Фонтейн? – побормотал он.
Кажется, своими словами он привел ее в замешательство.
– А откуда появились эти цветы? – Ему действительно было интересно.
– Изобретательность, милорд.
– Неужели, миссис Фонтейн? Должно быть, вы получаете настоящее удовольствие от своей работы.
Лорд Ла Вей был готов поклясться, что слышит, как закрутились колесики ее хорошего отлаженного мозга в поисках подходящего ответа на его слова.
– Моя работа – это то, на что я надеялась, – наконец смело заявила она.
Похоже, это было искреннее замечание.
Ла Вей вздохнул. Знакомая боль начинала вонзать в него свои когти. Он с шумом втянул носом воздух и покосился на графин с бренди.
– Очень хорошо, – проговорил Филипп. – Пусть для лакеев доставят ливреи. И если это все, миссис Фонтейн, то вы свободны.
– Благодарю вас, лорд Ла Вей.
Он смотрел ей вслед. То, как быстро она двигалась, все линии ее тела – узкие плечи, тонкая талия, переходящая в аккуратные маленькие ягодицы, тонкая полоска бледной кожи над кружевным воротничком ее сизого платья – все напоминало ему певчую птичку.
Остановившись, миссис Фонтейн повернулась к нему, как будто знала, что его взгляд опустился на ее ягодицы, как только она оказалась к нему спиной. Он быстро поднял глаза, но в них не было и намека на смущение.
На несколько неловких мгновений их глаза встретились.
– Если вы позволите мне задать вам вопрос… – откашлявшись, заговорила Элайза.
Ла Вей прерывисто вздохнул.
– Оказывается, у вас есть еще вопросы! – с деланным терпением проговорил он и театрально взмахнул руками.
– Прошу меня простить. – Элайза, похоже, уже привыкла к его театральным жестам. В ее голосе слышалась настойчивость. – Я про лакеев, лорд Ла Вей… В ливреи какого цвета вы хотели бы одеть их?
– Вы хотите, чтобы я выбрал цвет?
– Цвета, – уточнила она. – Речь идет о нескольких цветах.
Ла Вей сердито взмахнул рукой, готовясь выставить ее вон. Но рука застыла в воздухе, когда его взгляд внезапно наткнулся на букет из лаванды и гиацинтов.
