Автор
В графстве Гемпшир, Англия 8 месяцев назад. Сюжет начинается с письма, где речь идет о собаке. Главные герои, Беатрикс Хатауэй и ее дядя Ральф, начинают разговор об этом животном. История тянется в тонкий и запутанный ландшафт романтики и тайны.
Он помчался домой, а в ушах неумолчно раздавались крики раненых, болезненные стоны, бесконечные просьбы о помощи. Беннет жив... разве это возможно? Кристофер собственными глазами видел страшную рану в разорванной в клочья груди — с подобным ужасом приходилось сталкиваться и раньше. Казалось, избавление могла принести лишь смерть. Но что, если каким-то чудом?..
Недалеко от дома он увидел, как из леса выскочил Альберт, а следом показалась стройная фигура Беатрикс. Она возвращалась из Рамзи-Хауса. Порыв ветра подхватил полы пурпурного плаща, и плотная ткань надулась, словно парус.
Паника мгновенно улетучилась, а на смену пришло чувство облегчения. Тьма постепенно рассеивалась. Слава Богу, Беатрикс рядом, в безопасности. Она здесь, прекрасна и полна жизни, и он готов охранять ее каждый миг, дарить любовь и заботу. Все, о чем попросит любимая жена — самые тяжкие воспоминания, самые интимные откровения, — он даст сразу и безоговорочно.
Кристофер придержал коня.
— Беатрикс! — Ветер подхватил имя и унес вдаль.
Она продолжала смеяться и остановилась, чтобы дождаться, когда он подъедет; распущенные волосы свободно развевались.
Внезапно голову пронзила острая боль, а в следующее мгновение донесся резкий звук. Знакомый сухой щелчок... разве можно забыть? Выстрелы, свист пуль, разрывы снарядов, крики людей, испуганное ржание коней.
Кристофер закачался и начал медленно сползать с седла. Звуки и образы смешались, перепутались. Куда он падает, вверх или вниз? Удар, дыхание сбилось, а по лицу к уху потекло что-то горячее.
Еще один кошмар. Надо немедленно проснуться, прийти в себя, отдышаться. Но странно, Беатрикс почему-то тоже оказалась здесь, в этом страшном сне — бежала и плакала. И Альберт мчался с яростным лаем.
Легкие с трудом ловили воздух, сердце прыгало, как выброшенная из воды рыба.
— Кристофер, позволь... о Боже...
Альберт захлебнулся лаем, а потом грозно зарычал. Секундная пауза, и на смену устрашающим звукам пришел жалобный протяжный вой.
Кристофер с трудом поднялся и сел. Рукавом стер с виска кровь.
