Автор
В графстве Гемпшир, Англия 8 месяцев назад. Сюжет начинается с письма, где речь идет о собаке. Главные герои, Беатрикс Хатауэй и ее дядя Ральф, начинают разговор об этом животном. История тянется в тонкий и запутанный ландшафт романтики и тайны.
Процесс оказался трудным и болезненным, однако с помощью верных друзей удалось преодолеть все препятствия на пути к выздоровлению.
Марк все больше напоминал того остроумного, отчаянного повесу, которым был до войны. Долгие верховые прогулки по просторам Гемпшира помогли вернуть интерес к жизни, бодрость, здоровый цвет лица и упругость мускулов. Даже после возвращения в фамильное поместье в графстве Глостершир Беннет регулярно навешал супругов Фелан в Ривертоне. Случилось так, что во время одного из визитов он встретил Одри: любимая родственница приехала погостить на пару недель.
Реакция молодой вдовы на высокого темноволосого отставного военного оказалась более чем странной. Кристофер не мог понять, с какой стати его общительная, жизнерадостная невестка в присутствии Беннета мгновенно смущалась и едва ли не теряла дар речи.
— Дело в том, что Марк — тигр, а Одри — лебедь, — по секрету пояснила всезнающая Беатрикс. — Тигры всегда приводят лебедей в замешательство. Она находит твоего приятеля чрезвычайно привлекательным, но считает неподходящим для близкого знакомства.
Беннет, в свою очередь, даже не пытался скрывать симпатии к Одри, однако стоило сделать попытку к сближению, как она тут же замыкалась и уходила в себя.
И вдруг все внезапно изменилось: вежливое, но отстраненное общение стремительно переросло в тесную дружбу. Молодые люди вместе осматривали окрестности, совершали долгие верховые прогулки, а когда расставались, вели активную переписку. В Лондоне их часто видели вместе.
Теряясь в догадках, Кристофер прямо спросил друга, что помогло изменить некогда столь напряженные отношения.
— Ничего особенного: я всего лишь сказал, что старые раны привели к импотенции, — пожал плечами Беннет. — Она сразу успокоилась.
Пораженный ответом, Кристофер не удержался:
— И это правда?
— Черт возьми, конечно же, нет! — возмутился Марк. — Но что же было делать? Пришлось немного схитрить, чтобы Одри не шарахалась от меня, как от огня. Представляешь, помогло.
Кристофер саркастически усмехнулся:
— Ну а признаться во лжи ты когда-нибудь намерен?
В глазах Беннета сверкнули озорные искры.
— Скоро позволю ей меня вылечить, — лаконично сообщил он, однако, заметив на лице друга осуждение, поспешил заверить в исключительном благородстве намерений.
О лучшей партии трудно было и мечтать. Кристофер не сомневался, что брат одобрил бы выбор.
Прозвучал королевский салют, загрохотали пушки, объявляя об открытии торжества.
