Автор
В графстве Гемпшир, Англия 8 месяцев назад. Сюжет начинается с письма, где речь идет о собаке. Главные герои, Беатрикс Хатауэй и ее дядя Ральф, начинают разговор об этом животном. История тянется в тонкий и запутанный ландшафт романтики и тайны.
Одна лишь мысль о долгом разговоре вызывала страх.
— Спасибо, но вынужден отказаться. Дело в том, что...
— Совместное чаепитие — необходимое условие прощения, — отрезала Беатрикс. Синие глаза смотрели строго и требовательно.
Удивленный и растерянный, Кристофер попытался понять, на каком основании молодая, не знающая жизни особа двадцати с небольшим лет позволяет себе отдавать приказы бывалому воину.
И все же день выдался необычным и увлекательным. Так почему бы и не остаться? Его нигде не ждали. Лучше провести время в этом забавном доме, чем возвращаться к себе, в темные мрачные комнаты.
— Что ж, раз так, — заговорил он и испуганно замолчал, потому что Беатрикс неожиданно подошла почти вплотную.
— Ах, какая досада! — Она внимательно посмотрела на отвороты твидового сюртука и принялась яростно чистить. — На вас козья шерсть!
Кристофер забыл, что человеку положено дышать.
— Мисс Хатауэй...
В стремлении уничтожить последствия общения с братьями меньшими она оказалась слишком близко.
— Не двигайтесь, — строго предупредила Беатрикс, продолжая нещадно колотить по сюртуку. — Уже почти отчистила.
— Не двигаюсь. Дело не в этом...
Самоконтроль иссяк. Кристофер сжал тонкие запястья и замер, удерживая руки в своей власти. О Господи! Что за ощущения! Гладкая кожа... легкая пульсация вен под пальцами... вот стройная фигурка содрогнулась, и захотелось поймать и унять внезапную дрожь, ощутить ладонями каждую линию, каждый изгиб восхитительной фарфоровой статуэтки.
Но несмотря на откровенное влечение, он никогда не стал бы добиваться благосклонности подобной особы, даже если бы и не был влюблен в Пруденс. Главное, что требовалось для душевного благополучия, — это возвращение в нормальное жизненное русло, в традиционное, спокойное существование.
Беатрикс медленно освободилась из тисков и посмотрела настороженно, с опаской.
Когда послышались приближающиеся шаги, оба вздрогнули, словно очнулись от забытья."
"— Добрый день, — произнес приятный женский голос. Старшая из сестер Хатауэй, Амелия, оказалась заметно ниже и полнее Беатрикс. Она излучала теплое материнское обаяние, готовое щедро пролиться на каждого, кто нуждался в сочувствии и поддержке.
— Миссис Роуэн, — с поклоном пробормотал Кристофер.
— Сэр?.. — ответила она с вопросительной интонацией.
