Автор
В дни полного беспорядка и злых подозрений, Иннокентий снова исчезает. Его любовь к бабочкам не предвещает ничего хорошего — кроме шума по дому и раздраженных соседей. Уж кто-то должен выяснить真相，这位单身母亲如何直面儿子的放荡行为，并揭开背后隐藏的秘密。
Делаю глубокий вдох и поднимаю голову к черному небу. Какой теплый и уютный нынче сентябрь. Завтра у меня выходной и надо хотя бы погулять с подружками, которые на пороге сорока лет успели развестись, снова выскочить замуж и родить детей. А у меня кот. И тот приходит только пожрать, поспать и посрать. Ну а чем не мужик?
— Мышка, — от его голоса хрустальное сердце, склеенное вдоль и поперек дребезжит. Называть меня детским прозвищем — запрещенный прием.
Он встает рядом со мной плечом к плечу и я знаю, что это нарочно.
— Господи, ну что еще? Оставь меня в покое. Христом Богом прошу, — молю я, бросая на него гневно-измученный взгляд.
— Ты же агностик? — от его чуть кривой, но сексуальной улыбки слабеют колени."
"— За восемь лет взгляды поменялись. Сначала хотела подстричься в монахини, потом решила — нет, в мире столько соблазнов, надо попробовать все, — безбожно вру и ехидничаю.
— Поэтому так быстро выскочила замуж?
— Конечно, — продолжаю играть на его нервах, — надо же было на практике применять все, чему ты меня научил.
— Софья, — хрипит он, потому что мои слова его задели. Он же был у меня первым. — Шутки у тебя стали ниже пояса.
— Не нравится? — вскидываю подбородок и хочу добить его окончательно, но не успеваю.
— Сонь, прости, задержался. Давно ждешь? — к нам идет Ринат, лицо которого сияет, как гирлянда на новогодней елке.
— Нет, только вышла. Поехали? — спрашиваю, не обращая внимания на разъяренного Льва.
— Сразу к тебе или может, перекусим где-нибудь? — да етить-колотить, как говорил мой дед Ваня.
— Ко мне. Для перекуса я слишком устала, — притворно вздыхаю и искоса наблюдая за тем, как у этого недоделанного царя зверей ноздри от гнева раздуваются.
— Понял, — расплывается в улыбке Ринат, будто думает, что ему что-то перепадет. — Поехали.
— До свидания, Лев Николаевич, — заканчиваю беседу, как приличная женщина.
— Мы не договорили Софья Дильшатовна, — прилетает мне в спину. Черт, он и мое отчество помнит.
Не отвечаю, не оборачиваюсь назад, а иду рядом с Ринатом к его машине.
— Что хочет от тебя? Этот мужик весь день ходил сегодня по этажам, — сообщает мне оператор.
— Понятия не имею, — пожимаю плечами.
В дороге болтаем с Риной на отвлеченные темы и я даже смеюсь над его шутками. Вижу, что нравлюсь ему, но у меня внутри ничего не екает. В это же время пытаюсь потушить пожар, который вспыхнул от такой незначительной близости со Львом.
