Автор
В дни полного беспорядка и злых подозрений, Иннокентий снова исчезает. Его любовь к бабочкам не предвещает ничего хорошего — кроме шума по дому и раздраженных соседей. Уж кто-то должен выяснить真相，这位单身母亲如何直面儿子的放荡行为，并揭开背后隐藏的秘密。
Наконец, наступает день переноса. Лев вызвался меня проводить и дождаться, несмотря на мои уговоры ехать на работу. И вновь все повторяется: захожу в отделение, терпеливо жду своей очереди, переодеваюсь в одноразовую синюю рубашку. Только теперь фотографирую себя в зеркале для истории и отправляю четырем самым близким девчонкам: маме, в группу “Женсовета”, сестре и Марте. Получаю в ответ миллион смайликов, сердечек и пожеланий. Все-таки как хорошо, когда ты не одна проживаешь не только горестные, но и счастливые моменты.
Перед переносом ко мне подходит мой врач и рассказывает, что из четырех оплодотворенных эмбрионов, два остановились в развитии. Один — хорошист. Один — отличник очень хорошего качества. Мы с Анастасией Николаевной еще на берегу договорились, что при моих показателях лучше подсаживать одного, чтобы спокойно выносить. А теперь как раз и получается, что “ударника” лучше заморозить и потом, если захочу, прийти за вторым.
Вскоре меня вызывают на процедуру. В небольшом и затемненном кабинете стоит обычное гинекологическое кресло и аппарат УЗИ.
— Всем привет! Начнем? — в кабинет входит как всегда бодрая и веселая Анастасия Николаевна. И я как-то сразу успокаиваюсь в ее присутствии.
Она устраивается у моих ног, внимательно смотрит на монитор.
— Мы готовы, — сообщает доктор.
Окошко открывается и я вижу девушку в синей форме и голубой маске. Это эмбриолог. Она передает врачу тонкий катетер, в котором находится моя горошинка. Анастасия Николаевна медленно вводит его в матку и через несколько секунд говорит мне:
— Сонь, посмотрите на монитор. Вот видите звездочку, которая загорелась? Это и есть ваш эмбрион.
— Это и есть мой малыш? — переспрашиваю неуверенно, уставившись на ту самую крохотную точку.
— Да, — кивает доктор.
— Привет, малыш! — в глазах блестят слезы, а рука невольно ползет к животу и накрывает его.
***До конца отпуска две недели и я все рассчитала так, чтобы выйти на работу, когда буду уже точно знать — получилось или нет. Анастасия Николаевна велела через четырнадцать дней сделать тест и сдать анализ ХГЧ. А еще я снова должна делать уколы в живот и пить таблетки. Когда едем со Львом домой, прошу его остановиться у ближайшей аптеки.
