Автор
В глубокой тьме сердец и душ, где свет лампы редко пробивается, любовь раскрывает свою истинную сущность. Это роман о невероятных отваге и страстной нежности в мире бездуховности, где каждый встречный взгляд может стать последним словом.
Она лежит ничком, пойманная в ловушку в этой позе, и я добиваюсь своего, когда безумно вонзаюсь в ее тугую киску снизу.
Быстрее, чем мне хотелось бы, я чувствую, как мои плечи напрягаются, а мышцы живота сжимаются, когда поток удовольствия устремляется прямо к моему члену. У меня есть время сделать толчок всего пару раз, прежде чем я кончаю с ревом, мое семя изливается в презерватив.
Я подхватываю ее, пока она не упала, и поднимаю нас обоих обратно на матрас. Только когда она удобно устраивается на кровати, я выхожу из нее.
Она хнычет, и мой член дергается, как будто его позвали. Ее разочарование из-за того, что мой член исчез у нее между ног, взывает к какой-то первобытной части меня, которая заставляет меня хотеть отметить ее.
Я избавляюсь от презерватива, вытираю ее и себя и возвращаюсь в кровать. Она спит точно так же, как я ее оставил. На животе, ноги подбоченены, руки по обе стороны от лица. Она повернута на левую щеку и отвернута от меня, ее растрепанные волосы разметались вокруг нее.
Во сне с ее лица исчезает печаль, скрытая в глазах.
Она выглядит прекрасно.
Я хватаю простыню и натягиваю ей на бедра, ложась рядом с ней. Я ложусь на спину и кладу голову на согнутый локоть, задумчиво глядя в потолок.
В ее задумчивости есть что-то такое, что привлекает меня к ней. Я хочу знать больше, понять, действительно ли ее преследуют тени или мне это просто мерещится.
- Если бы тебе исполнили одно желание, что бы ты попросил?
Я поворачиваю к ней лицо и вижу, что она все еще лежит с закрытыми глазами, выглядя так, словно дремлет.
Так близко я могу различить россыпь крошечных косметических отметин на ее носу. Я не замечал их раньше. Их пять, расположенных в виде созвездия на переносице, причем одно находится чуть дальше центра кончика.
Я думаю над ее вопросом, о том, дать ли реальный ответ или чушь собачья, и спрашиваю ее об этом.
- Правду, - шепчет она, - Всегда правду.
Я некоторое время думаю об этом, о том, как сформулировать свое самое большое желание.
- Свобода.
- От чего? - Спрашивает она, закрыв глаза.
Это не то, что я могу объяснить незнакомцу, поэтому я стараюсь говорить просто. - От вещей, которые мешают мне делать то, что я хочу делать
- Твоя мечта?
- Помимо всего прочего, да.
- Что это?
Она первый человек, не считая моей сестры, кто спросил меня об этом.
