Автор
В ужасной драке среди ночного леса, где ветки царапают кожу, ты едва не забываешь о боли. Ты бьёшься за жизнь, петляя от преследователей, ища спасения. В одно мгновение кажется, что ты вышла победителем, но на этот раз тебя сбивает в могильный холод леса.
Когда размалеванные девчонки, сбившись в нервозно хихикающую группку, наконец покидают комнату, я беру в руки телефон и звоню маме для ежедневного отчета. Как дела, что ела, где была, подружилась ли с девочками – стандартный список вопросов моей родительницы, на которые мне каждый вечер приходится отвечать.
Надо сказать, мои доклады не отличаются разнообразностью, и изо дня в день я повторяю маме практически одно и то же. Но это вовсе не потому, что моя жизнь в лагере однообразна, просто я не привыкла делиться с предками подробностями.
Попрощавшись с мамой, выхожу на улицу и тут же замечаю на пятачке уйму народа. Похоже, растрясти кости на сегодняшней дискотеке решила вся смена. Тут и мелкие одинннадцатилетки, бегающие друг за другом, и вальяжные старшаки, втихаря от вожатых прикладывающиеся к спиртному.
Из колонок, установленных прямо на асфальте, доносится популярная зарубежная музыка, а у диджейского пункта неистовствует целая толпа танцующих.
Засунув руки в карманы, присвистываю и подхожу ближе.
Матерь божья! Вы только посмотрите, что вытворяют эти девицы! Как призывно изгибаются, какими взглядами смотрят на парней! Разврат! Наглый, вопиющий разврат! И куда только вожатые глядят?!
Я, конечно, не верующая, но при виде этой бесовщины меня так и тянет перекреститься! Не по-божески это все, ох, не по-божески…
Нет, а Шульц-то, Шульц! Сидит, балбес блаженный, зенки выпучил и прямо залип на эту дуру Нарьялову, которая того и гляди одежду с себя срывать начнет! Стриптизерша недоделанная!
Ой, че творит… Че творит! Гривой машет, грудь выпячивает, лыбу давит так, что Шульцу, наверное, даже ее зубы мудрости видны.
Пока я мысленно пытаюсь уничтожить Нарьялову и Шульца, которые, как два дебила, пялятся друг на друга, ритмичная музыка сменяется более медленной и плавной, и все присутствующие начинают разбиваться на парочки.
Прямо Ноев ковчег, чтоб его! Сжав зубы, озираюсь по сторонам. Нет, не то чтобы я жажду ощутить чьи-то потные липкие ручонки у себя на талии, но быть единственной девушкой, которую не пригласили на медленный танец, как-то, знаете, не комильфо."
"Но, судя по всему, никто из моих друзей-ушлепков не собирается проявлять инициативу.
