Узнавшись в положении бывшего мужа, героиня оказалась между стравленными чувствами и неизбежной судьбой. Врачи предсказывают трудности, но каждый миг настало становится откровением о том, как любовь может переключиться под разными амбарами: радостью и пуганием одновременно....
- Говорила, что ни одна Маша не будет такое терпеть. И ждать так долго.
- Так. Дальше.
- Все. Больше она ничего мне не говорила. Да она и так как будто не со мной разговаривала, а сама с собой.
- Еще есть какая-то важная инфа?
- Нет…
- Будет - звони.
“Ждать так долго…” Значит, у Тамары есть план. Она собирается затягивать суд. Что-то придумала.
Со спектаклем я ее обломал. Обломаю и с судом.
Я написал Максу. Мы встретились за обедом в нашей кафешке.
- Что говорила Тамара, когда вы сажали ее в такси? - напал я и на него.
- Злилась, ругалась, грозилась. У нее определенно есть план, и она уверена в его гениальности.
- Что конкретно она сказала?
- Что может сделать так, что судья закроет дело.
- Что это значит? - удивленно воскликнул я.
- Это может означать только одно, - начал Макс.
И замолчал.
- Договаривай уже!
- Беременность. Вообще, она на это намекала.
- Нет! - вырвалось у меня.
Макс промолчал.
- Это невозможно! - снова почти крикнул я.
- Это невозможно только в том случае, если ты с ней не спал.
- Я… к сожалению, с ней спал. Но это было давно.
Мой мозг заработал как калькулятор. Так, когда я звонил Тамаре, чтобы попросить развода, я сказал, что мы не виделись три месяца. Так и было. С тех пор прошел еще месяц. Итого - четыре.
Последний злосчастный раз, когда она приехала ко мне с бутылкой виски и мы оказались в одной постели, случился четыре месяца назад. Даже чуть больше.
Значит, если предположить, что она может быть от меня беременна… А это совершенно невозможно, потому что я всегда пользовался защитой.
- Если женщина беременна четыре месяца, это видно? - спросил я Макса.
Он в этом разбирается.
- Ну да. Хотя не слишком. Живот небольшой. При желании можно скрыть.
Я вспомнил мокрое платье Тамары. Когда я облил ее шампанским, оно прилипло к ее животу… Не было никакого живота! Даже намека. Никаких изменений в фигуре.
- Она беременна не от меня, - с абсолютной уверенностью произнес я.
- Согласен, - кивнул Макс. - Молчать бы она не стала. Это же такой рычаг давления!
- Или она беременна от кого-то другого, или… она вообще не беременна!
Я внезапно вспомнил слова Зайцева.
Сразу набрал его.
- Ты сказал, Тамара вчера пила шампанское.
- Ну… да.
- Сколько бокалов она выпила?
- Я не считал…
- Один, два, десять? - рявкнул я.
- Ну, не десять, конечно. Три. Или четыре.
