Автор
Вечером, когда ты собиралась опоздать на работу из-за невнимательности и привычки откладывать дела, зазвонил телефон. Твои мысли улетучились в никуда, забравшись между мрачным небом и тяжелым сердцем – это было начало истории о любовнице демона.
Пережитое там, внизу лестницы, снова и снова проносилось перед глазами, усиливая дрожь омерзения от того, что могло произойти, не появись так вовремя Гена. Сильно, до боли прикусив губу и опять почувствовав привкус крови, поспешила выполнить его почти приказ и бегом поднялась по лестнице, одновременно нашаривая в сумке ключи. Вспомнила о трезвонившем мобильнике, но решила уже дома посмотреть, кто же так настойчиво названивал. Подруг у меня почти не было, впрочем, как и друзей, так что… Горло внезапно пересохло от мысли, кто же мог звонить и почему Геннадий появился так вовремя.
Руки дрожали, пока вынимала ключи и открывала дверь, сердце колотилось так, что стук отдавался в ушах. Дышать стало трудно, грудь болезненно сдавило, а глаза предательски защипало от подступающих слез. «Не плакать! Не плакать ни в коем случае!» – билась настойчивая мысль, и, бросив сумку с так и не добытым мобильником в коридоре, я поспешила в кухню. Там стояла открытая с утра бутылка вина и пустой бокал.
В голове все смешалось: пережитый страх от нападения, вспыхнувшие воспоминания о вчерашнем вечере с демоном, вызвавшие болезненно-острые чувства, дать определение которым я бы не решилась. Зажмурившись, сделала внушительный глоток прямо из горла, чуть не поперхнулась, и тут снова зазвонил мобильник.
Попробовала успокоиться, твердя себе, что все в порядке, ничего плохого не случилось, но пока шла к сумке, косилась в темную комнату – везде мерещились тени. Наконец достала трезвонивший телефон, сделала глубокий вдох – на экране высветился тот самый номер, и нажала кнопку.
– Ты в порядке? Он тебе ничего не сделал? Почему у тебя бок болит?! – посыпались вопросы, заданные требовательным и знакомым до дрожи голосом.
– Упала, – пробормотала я, вспомнив еще и о разбитой губе. Очень зря, как оказалось.
– Он тебя ударил? – Ровный тон заставил похолодеть, и нападавшего вдруг стало даже немного жаль. – Не отвечай, я знаю, чувствую. И не надо его жалеть, он поднял руку на то, что ему не принадлежит.
У меня открылся рот от последних слов. Это что за намеки? Я только себе принадлежу, никому больше! Я не вещь, чтобы так говорить обо мне! А внутри совершенно неожиданно что-то сладко замерло от смутного предчувствия, и я чуть не выронила трубку. Путаясь в противоречивых чувствах, устало вздохнула, отчаянно желая, чтобы этот долгий день наконец закончился. Не хочу больше думать ни о слишком заботливых демонах, ни о насильниках.
– Ничего, к утру пройдет.
