Эх…как романтично!
И на кухне после этих слов воцарилась оглушающая тишина. Так и сидели минуты три, не меньше. Я с выпученными от шока заплаканными глазами и Мария Марковна, которая занесла руку, чтобы, очевидно, немного пристукнуть свою родственницу.
- Романтично? – переспросила я все-таки, не веря в то, что услышала.
- Да! – разулыбалась престарелая матрона, – Мальчик в тебя влюбился!
- Геля! – все-таки дуксанула одна сестра другую.
- Что?
- Ты говоришь возмутительные вещи! У девочки горе, а ты сыпешь совершенно абсурдными предположениями! Угомонись ради Бога!
- Да? Абсурдными? Скажи-ка мне, дорогая сестра, сколько стоит двухуровневая квартира на Новом Арбате, м-м? Стал бы мужик кучу денег на ветер бросать просто ради очередной любовницы?
- Ой, не смеши мои тапочки! Что миллионеру очередная инвестиция в элитное жилье? Купил за сто миллионов, продал через год за двести!"
"- Что, если он женат, так сразу отрицательный герой? Это дискриминация какая-то! – расходились обе пожилые женщины и я не вытерпела. Встала и положила перепалке конец.
- Пожалуйста, хватит!
- Ой…
- Ай…
И обе тут же замолчали, взирая на меня с извинениями во взгляде. Но уже через минуту опять заговорили между собой.
- Геля, у тебя заначка на похороны осталась?
- Нет, я ее почти всю на Шри-Ланку распотрошила. Решила, что еще поживу. Триста тысяч не наберется.
- А сколько наберется?
- Половина, не больше.
- И у меня половина есть. Давай нашу Лерочку спасать?
- Давай…
И уже спустя пару часов у меня на руках была нужная для откупа сумма. И сколько бы я не отпиралась, чтобы ее не брать, сестры все всучивали мне ее и всучивали без конца и без края. А потом и вовсе стали угрожать смертельной обидой, если я не приму их помощь.
Пришлось брать со словами «я все верну», а дальше только уповать на то, что уже завтра я стану свободным человеком.
И не увижу Данила Шахова больше никогда!
Глава 31 – Выхода нет
Лера
Конечно же, домой на ночь глядя меня так никто и не отпустил. Я осталась у старушек и целый вечер была окружена их заботой. Что сказать? Мне понравилось. Только бы не привыкнуть ко всем этим нежностям и участию. Жизнь меня не хило так натренировала, что все хорошее – это лишь временное.
За разговорами минуты и часы пролетали незаметно. Мария Марковна достала альбом со своими старыми фотографиями. И пока я их рассматривала, они с сестрой напекли целую гору домашнего рассыпчатого печенья, которое мы вскоре почти все и смели, запивая его ароматным чаем.
Уже перед самым отходом ко сну меня вновь рискнули склонить к переезду, но я стойко держала оборону.
- И зачем вам я? У вас теперь есть Роберт, – тепло улыбнулась я и покосилась на попугая, что чирикал в клетке на кухонном окне.
- Он говорить со мной не хочет, Лерочка.