Автор
Встретив двух женщин за соседним столиком в ресторане, вы слышите их беседу о мужчине с множеством проблем и загадочном заговоре колдуна-болтуна. "Обожаю его!" восклицает блондинка, прежде чем перейти к рассказам о любовных приключениях и секретах зелья, которое может изменить их судьбы в мгновение охоты....
— Это очень личная информация, — увильнула от ответа женщина.
Я вынула из папки очередную ксерокопию.
— Если там новый пасквиль на Шаровых, я опять его порву, — пригрозила Алевтина Степановна. — Уничтожу, как остальные документы.
— Бабушка, не старайся, это ведь не подлинники, — пробормотала Катя, — настоящие бумаги в каком-нибудь сейфе. И нам уже хуже не станет, хуже просто некуда.
— Не смей так говорить! — закричала Оля. — Я знаю, как только ты эту фразу произнесешь, мигом ваще агромадная беда начинается.
Я прикрепила листок к доске магнитом.
— Перед вами очередная жемчужина из собрания Агнии Генриховны Бундт. Примерно три года назад Игорь Семенович начал регулярно летать в Москву. Заведующую медархивом его вояжи удивили. Пожилая дама почуяла аромат тайны и обратилась к частному детективу Роману Варскину.
— Родятся в пруду крупные щуки, да их простой пескарик за усы дергает, — подал вдруг голос Федор Михайлович.
— Варскин мог Агнии Генриховне безвозмездно услугу оказать, — предположил Глеб Валерьянович. — У Бундт полно компромата, может, и на Романа папочка есть.
— Нам неинтересно, как милая старушка расплачивалась с сыщиком, — остановила я эксперта, — важно иное: Варскин узнал, что мэру поставлен малоприятный диагноз — опухоль мозга.
— Мама, это правда? — ахнул Константин.
— Почему ты нам не сказала? — подскочил Семен.
Максим опустил глаза.
Старший брат показал на него пальцем.
— Похоже, он знал.
— Ага, любимчик всегда в курсе! — взвыл Семен. — Ну да, наш милый Максик, лучший дружочек мамы. Чмок-чмок, зайчик, всегда рядом, за руку держится… Ах, ах, Макс у нас ученый… А мы с Костей быдло. Мамуля всегда торгашей презирала.
— Неправда, — прошептала Каролина Олеговна, — я ко всем детям отношусь одинаково.
— Все сыновья любимые, но один любим больше, чем другие, — прошелестела Надя.
— Конечно, конечно, вы ко всем детям одинаково относитесь, — подхватила Раиса, — просто первые два сына вам не очень нравятся.
— Макс узнал случайно, — прошептала Бражкина, — не спрашивайте как, это вас не касается.
— Он тебе ребро сломал, — сказала вдруг жена Василия Петровича, — я в курсе.
Вдова мэра кивнула и тихо заплакала.
