Автор
Люси Уэбстер уже не помнила, как прошло все эти долгие минуты в церкви. В этот момент казалось, что она будет ждать бесконечно. Однако ее свадьба была на другой странице истории — сводная сестра Стеффи выходила за мужчину. И хотя отношения между ними не развивались так, как могли бы, это оставляло Люси свободной для новых романтических приключений....
Видно, Фезер уже неплохо выпила, потому что тут же начала сплетничать о невесте и ее подружках:
— Стеффи надо было оставить только пять подружек, но зато хорошеньких, вы понимаете, что я имею в виду? На свадьбе все должно быть по первому разряду.
Он решил оставить ее замечание без ответа.
— Вы знаете, мы со Стеффи — сестры по духу, — заявила Фезер и задела рукой бокал. На белоснежной скатерти расплылось большое красное пятно. — Уф! Так о чем это я? Ах, да! О нас со Стеффи. — Она попыталась соединить кончики указательных пальцев, что ей долго не удавалось.
— Понятно.
— Вы знаете, что вы очень красивый? — спросила она, выжидательно глядя на Яна.
— Пожалуй. — Но Фезер не отводила взгляда, и он поспешно добавил: — И вы тоже. Вы красивая, и, полагаю, знаете это без меня.
— Разумеется, ведь я смотрюсь в зеркало; но приятно, когда об этом говорят другие.
Ну, пожалуй, хватит. Ян поднялся со стула.
— Вы уходите? А как же я? — спросила Фезер и лукаво подмигнула ему, водя языком по вишенке, которую вынула за черешок из какого-то напитка.
Ян подумал и сел на свое место.
— Люси, нам надо срочно найти каких-нибудь парней! Нам с тобой — и особенно тебе — совершенно необходимо завести маленький романчик.
— Романчик? — Люси уже сняла под столом ботинки и закатала рукава блузки, вследствие чего чувствовала себя гораздо лучше.
— Я просто хочу сказать, что мы попали на грандиозную свадьбу, где миллион парней, а мы, подружки невесты, сидим и разговариваем! — Дилайла грустно покачала головой.
— Ну, нет. — Люси перешла на шепот. — Если уж я заведусь, то мне не хватит не только двух минут, но и целого вечера.
— Да ну?
— Я говорила, что у меня сегодня день рождения? Точнее, юбилей — тридцать лет!
— Надо же! Тридцать? Сегодня? Тогда мое предложение как нельзя кстати.
