Шеф только-только пережил громкий, скандальный развод, примкнул к обществу женоненавистников, и всё, что его радовало, — это работа и возможность измываться над своими подчинёнными.
Если я попытаюсь схитрить и всё же улететь в Москву, тот же Коля полюбас заложит меня в ту же минуту. Терять работу не хотелось, шеф – мужик серьёзный, шутить не будет.
— Простите, — обратился я к таксисту. — Давайте возвращаться в гостиницу.
Чёрт бы побрал эту корпоративную этику! Пока находился в машине, думал, как бы выкрутиться из этой неприятной ситуации, чтобы шефу угодить и родным устроить сюрприз.
Была только одна идея – перенести вылет на следующий. Вот только есть ли билеты, и когда вообще будет следующий рейс?
Чтобы не гадать, набрал номер авиакомпании.
— Девушка, добрый день. С наступающим, — сказал я, как только трубку взяли.
Назвал номер брони, представился и уточнил, когда следующий вылет.
— Есть один билет, рейс в ночь.
— Ночной? Это отлично. Значит буду в Москве восьмого утром.
— Нет, в Москве вы будете только девятого марта.
Рейс с пересадкой.
— Нет-нет, так не пойдёт! Мне надо восьмого! Мы можем посмотреть другие вылеты?
— К сожалению, это ближайший вылет.
Твою мать. Хаотично искал другие авиакомпании, но билеты на прямые рейсы были разобраны. Обратился к посредникам. Что мне ещё оставалось?
— Девушка, здравствуйте! С наступающим! Мне нужно вылететь ночью из Хабаровска, но так, чтобы 8-го марта я был в Москве.
— Ближайший рейс через три часа.
— Знаю-знаю, но я на него не попадаю, к сожалению.
Прошу вас, возьмите на контроль, мне очень-очень надо попасть к семье.
— К сожалению, все билеты на ближайшие рейсы раскуплены.
— Девушка, умоляю, сделайте что-нибудь… — трагично просил я.
— Я бы очень хотела вам помочь, но это не в моих силах. Но если кто-нибудь отменит и вернёт билет, я обязательно вам сообщу.
— Спасибо! — воодушевился я. — Спасибо вам!
Проклятье… Надежды было мало, но я уповал на чудо.
***"
"Мы отдыхали в банкетном зале одного из лучших ресторанов Хабаровска.
Все кругом болтали, улыбались, обменивались поздравлениями, только мне одному было не до веселья. И чтобы моя кислая физиономия не портила всю атмосферу, я натянул приторно-слащавую улыбку и включился в работу.
Нас с коллегами обязали петь песни. Оказалось, что только у меня был голос и слух, и как только череда тостов и лести закончилась антрактом, мы с парнями вооружились микрофонами и под «Краси-и-и-иво ты вошла в мою грешную жизнь» принялись поздравлять женщин.
