Криминальный авторитет Монах создает империю легального бизнеса, проникая в круги власти и элиты города. Через сеть ресторанов, гостиниц и спортивных комплексов он прикрывает свои незаконные операции и становится влиятельной фигурой в административной и деловой среде.
Раздел Chitat.online для книги «Люди мы резкие (повести)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Криминальный авторитет Монах создает империю легального бизнеса, проникая в круги власти и элиты города. Через сеть ресторанов, гостиниц и спортивных комплексов он прикрывает свои незаконные операции и становится влиятельной фигурой в административной и деловой среде.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Евгений Михайлович Монах Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Криминальный авторитет Монах создает империю легального бизнеса, проникая в круги власти и элиты города. Через сеть ресторанов, гостиниц и спортивных комплексов он прикрывает свои незаконные операции и становится влиятельной фигурой в административной и деловой среде.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Не журись, коллега, все будет в елочку!
Шик остался явно недоволен этим несколько расплывчатым высказыванием и хотел прямо поставить меня об этом в известность, но его сразу обрезал Цыпа, твердо и жестко заявив:
– Раз Михалыч говорит – так и будет! Фирменная гарантия, короче! И нечего больше базарить зазря!
Мне, признаться, уже наскучило любоваться постной рожей собеседника, да и жареная баранина нынче оказалась слегка переперченной, поэтому, поднявшись из-за стола, я подвел итог затянувшейся дискуссии:
– В общем, коллега, мы нарисуемся завтра к полудню в назначенном месте. Сколько с собой ребятишек планируешь прихватить?
– Мы с Валютой пришли к соглашению, что с каждой стороны будет не более пяти человек. – Шик вскинул на меня прищуренно-внимательные глаза. – А сколько ты возьмешь? Думаю, дюжины мальчиков за глаза хватит.
– Зачем так много? – удивился я. – До такой неслыханной степени боишься СКВ с его пятью гавриками?
– Лучше перестраховаться, – высказал трусливую мысль этот конченый паникер. – У тебя ведь как раз с дюжину основных наберется?
– Ладушки! – согласился я, весьма разочарованный в храбрости коллеги. Впрочем, следует хоть иногда проявлять снисходительность к слабостям других. Видать, его так сильно зашугал Валюта, что он со страху был близок к тому, чтоб в штаны наделать. А ведь раньше я имел довольно высокое мнение о выдержке Шика. Но все течет – все изменяется, как реалистично глаголет известная народная мудрость.
– До завтра, браток! – Кивнув на прощание, я покинул с соратниками злачное заведение. Надо не забыть завтра шеф-повару внушительную нахлобучку дать за неэкономный перебор перца в мясе. Должен бы, жирный боров, уже давно мои вкусовые пристрастия отлично изучить."
"На улице ощутимо веяло вечерней прохладой, хоть и июнь на уральском дворе. Пока мы шли до автостоянки, я буквально продрог, так как имел на личном торсе, кроме рубашки, всего лишь легкую шведскую куртку из некой разновидности коттона.
– Слушай сюда, Студент, – сказал я, открывая дверцу нашего ""мерса"". – Ты здесь тормознись. Хватай какого-нибудь автомобилиста-""левака"" и плотно садись на хвост Шику. Жду от тебя подробной информации о всех передвижениях бывшего конкурента. Усек? Я буду у себя на телефоне. Поехали, Цыпа!
На личной фатере с удовольствием позанимался регулярным и любимым делом перестановкой книг на стеллажах в кабинете.
– И чего, Евген, ты так часто книжки тусуешь? – полюбопытствовал Цыпленок, наблюдая из кресла за моими стараниями. – Цветовую гамму на полках меняешь, да? Чисто для разнообразия?
– На цветовую гамму мне глубоко наплевать, – сообщил я наивному соратнику, продолжая менять местами собрания сочинений Скотта и Золя.
