О чём книга «Люди мы резкие (повести)»
Предметы на гильных оградах, словно убегают под землю. Мальчики скоро найдут тихую гавань, но и мне придется остаться с ними немного. Я полулежу за скульптурой, сосредоточенно считая стрелки на часах.

Предметы на гильных оградах, словно убегают под землю. Мальчики скоро найдут тихую гавань, но и мне придется остаться с ними немного. Я полулежу за скульптурой, сосредоточенно считая стрелки на часах.
Конечно, мощные ягодицы директрисы сильно смахивали на две переспелые астраханские тыквы, но зато я обнаружил наличие некоего подобия талии, да и высокая грудь партнерши с воинственно торчащими розовыми сосками выглядела совсем даже неплохо. Ей-богу.
Короче, хоть глаза и боялись, а руки свое дело делали качественно и ответственно. В приятном времяпрепровождении, как и положено, мной были активно задействованы не только верхние конечности собственного организма, но и три нижних, ясно.
Когда первый ""девятый вал"" возбуждения благополучно схлынул в предназначенное для того природой уютное местечко, я расслабленно откинулся на пуховую подушку и закурил. У меня с ранней юности привычка такая: сразу после оргазма сигаретным дымом всласть подышать, для полноты ощущения кайфа. Судя по недавним протяжно-сладострастным стонам партнерши, она тоже в обиде не осталась – ""кончила"" не менее двух раз по ходу нашей ""пьесы"".
Зинаиде, как выяснилось, для усиления блаженной истомы требовалось кое-что посущественнее простой сигареты. Значительно более сильный допинг то бишь.
Она вынула из накладного кармашка своего халата прозрачный пластиковый пакетик с бело-сероватым порошком и протянула ко мне руку ладошкой вверх:
– Мужчина! Позолоти ручку, родимый, не скупись! Щедрость вознаграждается.
– В смысле? Денег тебе дать? – чуть не поперхнувшись дымом, уточнил я.
– Правильно мыслишь, драгоценный. Дай бумажную денежку, – продолжая разыгрывать из себя вокзальную цыганку, еле удерживалась от смеха Зинаида.
Я уже просек, что почем, и удивляться благополучно перестал. Дотянувшись до куртки, валявшейся на полу, извлек из ее внутреннего кармана крокодиловый ""лопатник"".
– Вот, пожалуйста, ромалэ, детишкам на молочишко. Пользуйся моей неслыханной добротой, – сунув толстушке новенькую сотенную купюру, подмигнул я, поддержав игру.
Далее произошло то, что и ожидал, – Зинаида свернула хрустящую ассигнацию в тонкую короткую трубочку и, использовав ее как шланг к ноздре-""пылесосу"", с силой втянула в себя щепотку порошка, насыпанную на стеклянный столик."
"– Не желаешь, Евгений, и ты носик чуточку ""припудрить""? – спросила начинающая наркоманка, блаженно прикрыв затуманившиеся глаза.
– Кокаином?
– Нет, чистейшим героинчиком.
– Разве его тоже нюхают? – изобразил я полнейшее невежество в вопросе. Всегда считал, что героином исключительно только колются.
– Лишь законченные наркоманы внутривенно порошок пускают – такие, как наш Владислав Петрович.