Автор
В прихожую зашел Каспар, носивший в одной руке сумку с книгами и в другой — футбольную форму. Встретил он брата, который нес большой сверток. О чем-то мрачном сказал Джонни на ухмылке: "Людоед". Каспар удивился, услышав это прозвище.
– Не было другого выхода.
На самом деле, он, Гвинни и Малколм были слишком довольны тем, как они загнали Джонни и вернули его в нормальное состояние, чтобы думать о чем-то еще. Они, перебивая друг друга, рассказали Каспару, как Малколм увидел подошвы ботинок Джонни, когда тот помчался от потока воды из стиральной машины. Это натолкнуло их на мысль, но пришлось приложить немало труда и хитрости, чтобы выгнать Джонни под дождь. Они только-только добрались до него, когда вернулся Людоед.
- Думаю, мы должны убедиться, что Людоед не слишком сильно побьет Джонни, - наконец, произнесла Гвинни.
Они вошли внутрь. Но Людоед и Джонни оказались в кабинете. Поскольку оттуда не доносилось никаких звуков насилия, никому не хотелось вмешиваться. Похоже, Людоед с Джонни просто разговаривали. Никто так и не узнал, что там было сказано, но когда примерно полчаса спустя Джонни вышел, он вовсе не казался несчастным. Возможно, он выглядел немного отрезвленным, но также он странным образом выглядел ужасно самодовольным. Людоед, со своей стороны, выглядел смертельно уставшим.
- Мы ужасно проголодались, - сказала Гвинни.
- Консервированная фасоль? – предложил Людоед.
Все передернулись, а некоторые застонали.
- О, ладно, - сказал Людоед. Он порылся в карманах и достал банкноту в пять фунтов.
Пять рук потянулись к банкноте. Естественно, Дуглас победил и поднял ее высоко над головой.
- Тогда купи мне сосисок, - сказал Малколм.
- Я люблю рыбные пироги, - сказала Гвинни.
- И по меньшей мере гору жареной картошки, - сказал Джонни.
Дуглас вернулся с распухшей сумкой, которую они разобрали на кухонном столе. Запах был таким восхитительным, что трубка Людоеда выбралась из его кармана и проявила активный интерес к сосискам.
- Я больше никогда не смогу заставить себя ее курить, - сказал он.
- Но вы должны! Ей это нравится! – запротестовал Каспар.
Так что когда обильный ужин был закончен, Людоед с сомнением подобрал трубку и набил в нее табака. Трубка тут же замерла и замурлыкала. Подбодренный этим, Людоед набил ее как следует и зажег. И вскоре он почти забыл, что она живая.
- Сходите принесите мне эти химические наборы, - велел он.
