Автор
В прихожую зашел Каспар, носивший в одной руке сумку с книгами и в другой — футбольную форму. Встретил он брата, который нес большой сверток. О чем-то мрачном сказал Джонни на ухмылке: "Людоед". Каспар удивился, услышав это прозвище.
Каспар с благодарностью развернулся, чтобы уйти. Однако ему пришлось резко остановиться, когда, неся поднос с бокалами, торопливо вошла Салли.
- Не приближайся с ними к Каспару! – сказал Людоед.
Салли засмеялась.
- Какая жалость, что Малколму нездоровится, правда? – сказала она, и Каспар видел, что она знает: Малколм в полном порядке. – Это просто какое-то поветрие. Но мне нравится мысль о представителе с обеих сторон. Как считаешь, Джек?
Людоед недобро посмотрел на нее.
- Хорошо, - произнес он к ужасу Каспара.
- Ты еще не вырос из своего костюма, Каспар? – спросила Салли."
"Спустя три часа лихорадочной уборки нижняя часть дома стала выглядеть почти незнакомо. Гвинни околачивалась возле ванной, наблюдая, как мать накладывает макияж. Салли надела серебристое платье, и Гвинни не могла оторвать от него глаз.
- Мамочка такая красивая! Правда? – сказала она Людоеду и удивилась, когда тот согласился.
Наверху Малколм от красновато-коричневого цвета переходил к горчичному, а Джонни обеспокоенно наблюдал за лежащим над ирисками холмиком вещей.
- Салли непременно завтра узнает, - произнес он. – Я не знаю, что делать.
- Не пробовали промыть ему глаз? – спросил Каспар.
- Шутить пытаешься? – прорычал Дуглас.
- Нет, - ответил Каспар, который был не в настроении для перебранки. – Иногда я удивляюсь, как Малколм вообще выживает, когда ты так его подавляешь.
Дуглас пронзил его взглядом, сделавшись похожим на Людоеда.
- Если ты…
Но тут раздался звонок в дверь. Дугласу пришлось поспешить к ней, чтобы впустить толпу веселых гостей. А после них пришли еще, и еще. Люди заполнили столовую, гостиную, а потом набились в прихожей, где стояли, радостно перекрикиваясь.
