В новой книге "Люгер" Гога Безбашенный продолжает тарабарить преступные махинации, теперь как крестный отец. Его неславянская внешность и боевой задор делают его невероятно опасным сподвижником. Атмосфера бандитской Москвы ярко оживает в этой книге, где каждое действие кажется на волосок от провала или успеха....
Я ей и цветы, рестораны, подарки, даже не поверишь, на коленях стоял – в любви признавался. И ведь когда спасал эту мразь, потерял глаз, руку до плеча, да легче сказать, что я представлял собой тогда кусок окровавленного мяса. Как выжил?.. Не знаю. Вон Кварц меня выходил.
– То есть ты своего друга Брюса под молотки подвел сам лично? Сначала на мозги ему капал?
– Да какой он друг, так, попутчик…
– Говоришь, Третьяка ваша девка любила, а зачем она повесилась тогда после смерти Уиллиса?
– Все-то ты знаешь, и откуда только? Москвич накидался и рассказал? – сразу вычислил слабое звено тот.
Можно подумать, что сейчас передо мной – просто король адеквата. Рейдер помолчал немного, потом продолжил:"
"– Мозголом прояснил обстановку, оказалось, они с Третьяком собирались строить отношения, жениться-миловаться, да и не прерывали их никогда, тайком трахались.
– Выходит, Виту ты сам повесил?
– Да, вот этими руками, – потряс он здоровенной правой ладонью.
Судя по обалдевшей роже Кваза, он таких подробностей из жизни боевого товарища не знал. А ведь если умный, должен сообразить, что после таких откровений в живых остается обычно один.
– А Третьяк?
– Третьяк, наверное, догадывался, ну я так думаю, что догадывался, а доказать ничего не мог, с горя куда-то воевать отправлялся. Где-то мыкался, никто не знает точно где. Думал, там и сдохнет, нет, явился не запылился.
– И это все ради девки? И как ты ментатов проходил, они же у вас на каждом шагу?
– А вот с этим просто, – самодовольно улыбнулся тот.
– Понимаю, – как можно гнуснее постарался улыбнуться я.
