Деревню Атлас не стало. Стрельцы перебросили всю охрану в эту лошадиную кавалерию — и вот теперь она ждет в поле, а мы сидим на крыше дома. Словно налетели мы из небес на этот мир, словно вырвались в свободное плаванье... Но что за охота? Мы тут люди! Вот уж не думала я, что когда-то прибываю сюда и отправляюсь обратно — в лошадиную кавалерию.
Вслед за ним зачековали его сотоварищи. Но только не Магда. Герр Шен-Зон, я заметила, довольно выдохнул и причмокнул древним ртом, когда дама увеличила ставку вдвое. Остальным поневоле пришлось соответствовать и раскошеливаться. Денежки потекли в банк. Я сбросила карты на стол.
— Всегда думал, что ты азартный игрок, малыш, — усмехнулся мне в самое ухо Юнкер. Его Блю от Шанель щекотало мои чуткие ноздри.
— Двести крон — чересчур резко для меня, — я не стала впадать в его игривый тон.
— Нет проблем, — мужчина провел носом по моей шее, — я поддержу тебя деньгами с удовольствием, Ло.
— Не стоит, — я ответила тихо и отодвинулась в широком кресле подальше от него. — я предпочитаю рассчитывать только на себя.
— Да? А как же шалопай Кацман? Он твой любовник, малыш?
Тут неожиданно закончилась очередная раздача. Герр Шен-Зон выиграл, предъявив сет на тузах. Вот чего стоит его чек! Набил банк, а потом карманы. Ловко он управляет азартной пьяницей Магдой. Я с восхищением ответила на довольную улыбку старика. Игнорировала крайний пассаж Юнкергрубера.
— Предлагаю освежиться бокалом коктейля в буфете, — не дождавшись ответа, капитан в черном встал, — как это у классика? Три части гордонс, одна часть водки, половина вермута, добавьте лед и тоненький ломтик лимона.
— Размешать, но не взбалтывать! — засмеялась веселая и нетрезвая, угробившая кучу бабла Магда. На деньги она плевала далеко и искренне. — В буфет, господа.
— Как вы думаете, капитан, война будет? — спросил герр Шен-Зон у Юнкера. Сидел без всякого старческого напряга на высоком барном табурете. Успех — такое дело, заводит каждого. — Разные слухи ползут.
— В Столице я присутствовал на Главном Совещании. Мнения очень разные. Вот, кстати, — Юнкергрубер приплыл неспешно к моему бедру на хромированном стуле, встал плотно, — я слушал выступление командора Петрова. Начальник наших Дальних Рубежей категорически отказывается воевать, требует договариваться…
— Со зверями?! — Изин героический дед едва не захлебнулся коктейлем. Зря он его пьет, мешает вермут с водкой. Забулькал знакомо: — мы не можем договоры подписывать с хомо верус!
— Нет, не с ними, — поморщился безопасник, — с репарационными территориями. Так вот, этот знаменитый командор оказался весьма занимательной личностью. Знаешь его, Ло?
Я убрала глаза в свой бокал.
