Автор
В темное небо постепенно прорывались огненные щупальца, и Марк Джордан чувствовал, как его страх возвращался с каждым мигом. "Логика выбора" — это история о решении между опасностью и благополучием, когда правильный выбор может изменить жизнь навсегда.
– Хозяин вздохнул, махнул рукой, и молодая девушка, очевидно, его дочь, принесла полный графинчик.
Хозяин наполнил рюмки.
– Я был моряком, я был рыбаком, а теперь дожил до сорока пяти лет и вот угощаю добрых людей, думаю о жизни и вспоминаю прежние времена…
– А как вы определяете – кто добрый, а кто нет?
Бывший моряк приглашающе поднял рюмку и выпил.
– Глаза выдают душу, а я умею смотреть в глаза.
Я усмехнулся. Вот еще один рецепт отбора: заглянул в глаза – и все ясно!
– И этого достаточно? А ошибаться не приходилось?
– Не ошибается только скалер.
– Что «только»?
– Люди очень разные, и я не могу постигнуть эту разницу. Вот человек – он хороший для меня, но плохой для моего друга. А этот плох для меня, зато для друга хорош. Я скажу вам одну вещь, только чтобы никто не услышал… – Он наклонился вперед и понизил голос: – Ведь даже агреганцы вовсе не такие страшные и противные, как их рисуют. – Толстый палец без ногтя незаметно указал на плакат.
– Но почему вы так думаете?!
– Я их видел, – бывший моряк налил себе еще и сразу выпил.
Я чуть не подавился.
– Когда? Где?
– Давно. Мы плыли к островам, но попали в штормовой ветер, нас несло неделю, а потом мы оказались у высокого обрывистого берега… Это и была Агрегания…
Старик замолчал. Я даже жевать перестал.
– И что было дальше?
– Ничего. Мы нашли удобную бухту с поселком на берегу, высадились, выменяли на рыболовные снасти еду и воду.
– Очень интересно!
Я доел рыбу и отодвинул тарелку. Девушка тут же убрала ее со стола.
– Так все-таки как же разобраться – кто хороший, а кто плохой?
Моряк вновь наполнил обе рюмки.
– Никак. Нет людей хороших и нет плохих. Нет черной и белой души.
– Продаю картины, – честно ответил я."
"– Неужели этим можно прокормиться? – удивился мой собеседник. – И неужели это может быть профессией?
– Да. – Я кивнул. – Не очень сытной, но профессией.
