Дэнни переводит взгляд на меня, изучая и отводя глаза в сторону, демонстрируя крайнюю степень незаинтересованности. Ублюдок.
— Не знаю, детка, мне он кажется совсем никаким, — замечаю я, прислоняясь к Кензо, который целует мое плечо, его рука гладит мое бедро под столом, когда он берет свои карты.
Дэнни оглядывается на меня, в его взгляде разгорается раздражение, а ноздри раздуваются.
— Что ты сказала, девочка?
— Я женщина, а не девушка, — бросаю я, а затем отворачиваюсь, игнорируя его. — Не думаю, что он тот, кто нам нужен.
Дэнни щурится, глядя на меня. Я чувствую это, когда ласкаю плечо Кензо, пока он играет.
— Мы можем найти кого-нибудь другого, куш достаточно большой.
Кензо ухмыляется, когда выигрывает, и раздается новая партия. Другой мужчина за столом смотрит на меня, и я выдерживаю его взгляд.
— Проблемы, придурок? Тебе нужна виагра, чтобы завестись, или просто поглазеть на мои сиськи?
Он отшатывается в шоке, а я смеюсь.
— Не волнуйся, твоей жене будет все равно, ей будет так же противно в своих жемчугах, как и тебе, заниматься своим скучным ванильным сексом, пока песок сыплется из твоих дряхлых костей.
Мужчина брызжет слюной, а Кензо смеется, но не останавливает меня. Я оглядываю другого мужчину, он средних лет и немного пухлый.
— Дай угадаю, папашины деньги? Ты тратишь их на шлюх, вот почему ты чешешь свои яйца. ЗПП замучили, верно?
Дэнни лишь разражается громким смехом, когда эти двое встают из-за стола. Теперь здесь только Кензо и он.
— Она мне нравится, где ты ее нашел?
— Там, куда бы ты не пошел.
Кензо ухмыляется, откладывая карты и забирая свой выигрыш, заставляя Дэнни ругаться, когда сдают очередную партию.
— Мне нужна информация.
— Мило с твоей стороны.
Дэнни фыркнул.
— Он ведет себя, как баба, — смеюсь я. — Предпочитает играть в карты, а не на реальные деньги.
Кензо скользит рукой выше, не обращая внимания на остальных, и ласкает мою киску. Я издаю стон ему в ухо, покусывая мочку, он сосредоточен на своих картах и выигрыше, даже когда ласкает меня, и я позволяю ему это. Моя киска пульсирует и болит от желания обладать им. Видеть эту его сторону, контроль, власть… это что-то делает со мной.
Я промокла насквозь.
Кензо, должно быть, чувствует это, потому что издает стон, заставляя меня ухмыляться, когда я снова облизываю его ухо.
— Я представляю, как ты трахаешь меня на глазах у всех этих старых, богатых ублюдков и показываешь им, что такое быть живым, — мурлычу я ему в ухо.
Он чертыхается и проигрывает следующую партию, отчего Дэнни разбирает смех.
— Информация, говоришь? Отлично, чего ты хочешь?
Но Кензо встает, увлекая меня за собой.
— Позже, — рявкает он.