Автор
ДИЗЕЛЬ — "Ты ведь понимаешь, Роб?" — бормочет Райдер, ухаживая за костюмом, хотя даже не поморщится. Ублюдок всегда выглядит так, будто готов показать себя на подиуме. Однако его холодный расчет свидетельствует о том, что он больше чем просто привлекательный вид. Я сказал ему, что как только смогу сделать отметку на его лице — это может поменять восприятие других к нему....
Я опускаю нож и использую острый край, чтобы стряхнуть застывший воск, медленно и методично, пока ее грудь и живот снова не становятся чистыми, за исключением оставленных розовых следов, которые заставляют меня потянуться к джинсам и сжать член.
— Будешь продолжать кормить меня обещаниями? — бросает она вызов, дразня меня, даже когда она лежит связанная и отдается всему, что я хочу с ней сделать.
— Птичка, ты знала, что я сделаю, когда поймаю тебя. Мучить тебя ― мое любимое хобби. Ты сама этого хотела, так что будь хорошей девочкой и дай мне поиграть, — смеюсь я.
Она хрипит, но не протестует, пока я провожу ножом по ее горлу и останавливаюсь над сердцем.
— Ты бы сразилась со мной прямо сейчас? — спрашиваю я с любопытством, вгоняя острие так глубоко, чтобы прорвать кожу.
На месте соприкосновения моего лезвия с ее плотью появляется капля крови.
— Ты бы попыталась остановить меня?
— Нет, — мгновенно отвечает она, выгибаясь дугой и вдавливая лезвие глубже, издавая блаженный стон. — Я бы позволила тебе.
— Ты бы позволила, не так ли? — шепчу я, поднимая голову и прижимаясь лбом к ее лбу. — Ты позволила бы мне убить.
— Позволила бы. — Птичка кивает, облизывая мои губы. — Я бы умерла с улыбкой на лице.
Мои демоны теснятся ближе, обвиваясь вокруг меня в своем безумии, заставляя мою руку опускаться ниже и погружать лезвие глубже, пока Рокси не задыхается от боли. В глазах Птички появляются слезы, но она не сопротивляется. Нет, она возвращает меня с края пропасти."
"— Но ты не хочешь убить меня, Ди, ты не хочешь моей смерти, это было бы слишком просто.
Я моргаю, смотрю на лезвие в шоке и отбрасываю его.
— Маленькая Птичка, Маленькая Птичка, всегда пытается меня спасти.
— Нет, не спасти тебя, а сжечь себя вместе с тобой, — бормочет она, прежде чем поднять голову и прижаться своими губами к моим, пока ее грудь кровоточит между нами.
Ее поврежденной Гадюке, ее сумасшедшему ублюдку. Человеку, которого она снова и снова вытаскивает из пламени собственного разума, не задумываясь о том, как это обжигает ее. Я хочу показать ей, как много это значит. Всё началось как наша игра и превратилось в нечто реальное.
