4 марта 1950 года. Генерал-лейтенант Павел Судоплатов сидит за столом в подземной шифровальной комнате КGB, ожидая команды от начальника отдела по борьбе с диверсиями. Вдруг зазвонил телефон: поручение немедленно прибыть к Судоплатову. Напряжение нарастает, атмосфера ожесточенной борьбы скрадывает мир в тени секретных коммуникаций и перехватываемых сигналов....
Он увидел, что кто-то из бандитов умудрился подхватить шашку с пола землянки и выбросить наружу. Умники! Поздно! Внутри уже столько дыма, что все равно дышать нечем.
Как будто в подтверждение его мыслей из открывшейся двери землянки повалили люди. Они кашляли, закрывали рты какими-то тряпками, валились на землю, отплевывались и ничего не видели. Горобец выбежал наружу четвертым.
Потери отряда Лозового оказались довольно серьезными. Двое убитых, шесть раненых. Один из них тяжело. Из всей банды сдались семь человек.
Пока оперативники разводили пленных по разным частям поляны и допрашивали, устанавливали личность каждого, Лозовой поманил к себе Байбакова и предложил ему пойти за ним. Семен молча шел за командиром отряда, пока они не оказались в небольшом овражке. Земля здесь была рыхлой. Бандиты не очень давно что-то выкапывали тут или, наоборот, прятали. Двое оперативников сидели на корточках и что-то рассматривали.
– Вот погляди, Семен, – сказал Лозовой.
Оперативники осторожно снимали саперными лопатками верхнюю часть грунта и ветками смахивали остатки земли. Тело, еще одно. Серые лица. Глаза и рты забиты землей и от этого кажутся черными. Пальцы скрючены. Бывшие партизаны, герои, которые уже решили вернуться к мирной жизни, в свои дома. И вот!.. Это почти то же самое, что нож в спину от того человека, которого ты считал другом.
Двое оперативников привели к захоронению Горобца. Они подталкивали его стволами в спину. Тот еще кашлял и дышал с трудом, если только не прикидывался отравленным и слабым.
Байбаков без всяких предисловий сгреб Горобца за воротник рубахи и рывком подтащил к себе.
– Смотри сюда, сука! Это кто? Твоих рук дело?
– Не понимаю, – сказал Горобец, покачал головой и снова закашлялся. – Кто вы такие? Почему вы напали на нас? Мы действуем по приказу НКВД.
Семен ударом по ногам заставил Горобца упасть на колени, прямо на рыхлую землю, стиснул воротник его рубахи, согнул мерзавца пополам, заставил лицом прикоснуться к трупу двухмесячной давности. Мерзавец упирался руками, пытался отползти, уже не кашлял, а взвизгивал от ужаса.
– Вот партизаны и оперативники! – прорычал взбешенный Байбаков.
