4 марта 1950 года. Генерал-лейтенант Павел Судоплатов сидит за столом в подземной шифровальной комнате КGB, ожидая команды от начальника отдела по борьбе с диверсиями. Вдруг зазвонил телефон: поручение немедленно прибыть к Судоплатову. Напряжение нарастает, атмосфера ожесточенной борьбы скрадывает мир в тени секретных коммуникаций и перехватываемых сигналов....
– Только ли жажда власти всему виной?
– Прежде всего именно она. Но надо учитывать и другие моменты. Видите ли, полковник, Бандера и его команда никак не хотят принять тот факт, что Мельник активно сотрудничает с вами, поставляет вам информацию и вообще представляет ОУН чуть ли не как один из отделов абвера. Бандера хочет самостоятельности. Он понимает, что Мельник не будет независимым даже в том случае, если вдруг станет президентом новой страны.
– А Бандера будет самостоятельным? – спросил Ридель и хитро прищурился.
– Вряд ли вы дадите ему такую возможность. Вам нужно полностью лояльное руководство на Украине. Без всяких натяжек.
– А на что же он рассчитывает?
– Не знаю, может быть, питает иллюзии насчет того, что вы посчитаете его реальной политической силой. Или же он этакой своей позой набирает вес у украинцев, чтобы они помогли ему свалить Мельника. Я знаю совершенно точно, что Бандера и Стецько скоро станут для вас большой головной болью.
– Что вы думаете о Стецько?
– Стецько для вас опаснее Бандеры.
– О каком государстве вы говорите?
– О том, ради которого они затеяли всю эту возню здесь, в Кракове. О независимой Украине. В свое время Гитлер, кажется, высказывался о буферном государстве, которое нужно ему на границе с СССР.
– Не будем обсуждать решения фюрера, Михаил Арсеньевич. Наше дело – выполнять его приказы и волю немецкого народа. Не буду скрывать от вас, Михаил Арсеньевич, что мы ставим в этой конюшне на Мельника. Он управляем, логичен, мы знаем, что от него ждать. Эти же ваши вурдалаки, фанатики, которые жаждут только крови, поддаются дрессировке очень плохо. Но списывать их со счетов в борьбе с большевизмом мы пока не намерены.
