Автор
В мир ворвались темнота и тишина, где каждое движение вызывает бурю ненужных снов. Для Кати, казалось, не было места спрятаться под одеялом, скрыть себя от безжалостного взгляда ведьмы, которая смотрит на нее, словно на жертву.
Если их отпускать – по собственной воле, с моей помощью, еще кого-то, – возможны драматические последствия. Вы убедились в этом на примере подруги Кати. Но я сейчас говорю о последствиях для вас.
– Что вы имеете в виду?
– Ну что ж. Я называю вещи своими именами. Убийство, самоубийство, безумие.
– Вы считаете меня склонной к безумию?
– Очень многие люди способны в эмоциональном порыве совершить то, с чем не справится их мозг.
– Почему мы об этом говорим? – У Вали дрожали руки, подбородок, застыли слезы в глазах.
– Я хочу вам помочь. Сразу скажу, что делаю для вас исключение. Речь идет о психосоматике, то есть области официальной медицины. Я, как вы знаете, целительством не занимаюсь.
– Не уверена, что мне нужно… Но я в любом случае заплачу. Отступать некуда."
"– Я не об этом. Плата остается в рамках договоренности. Я же сказала: это моя инициатива. Что называется – подарок фирмы. Только метод мой достаточно суровый. Вы получите полную информацию. Быть может, более полную, чем рассчитывали.
– Нет. Конечно, нет. Мне не нужна никакая коррекция. Я вообще не понимаю, к чему все это.
– Как хотите. Мое дело предупредить. Возвращаемся к вашему мужу… – Ирина придвинула к себе фотографию.
– Нет, пожалуйста, еще минуту.
– Считайте, альтруизм. Есть и такая патология. Ну, и профессиональный интерес. Я не всегда была гадалкой.
– Я согласна! – Валю бил озноб. – Вы ведь, вероятно, уже все знаете.
– Фотографию Кати, пожалуйста. Давайте. Посмотрим.
В наступившей тишине Валя чувствовала себя не человеком, а муравьем, который видит опускающийся на него сапог, но не может двинуться с места.
– Наверное, все было бы иначе, если бы мы с этого начали. Возможно, нет, поскольку дело в вашем отношении, а не в тайной страсти мужа.
Сердце Вали как будто сковало льдом.
