В новом эпизоде "Локки 2: Потомок бога", в столовой Громова захлёбываются ароматы свежего чая и гнева. Здесь ты слышишь, как Локк торжественно заверяет всех - он прошёл проверку Перуна безукоризненно, теперь никто не смел поднимать на него вопросы. Кровь стечёт в потолок от его громких слов и победной улыбки....
Но вдруг захлопнул его, ещё немного подумал и повернулся к двери, собираясь уйти.
Однако напоследок он между делом спросил без особой надежды в голосе:
— Вы не разгадали тайну артефакта, который я вам дал?
— Разгадал.
— Правда⁈ — резко повернулся он, выпучив глаза. — И что делает этот артефакт?
Я усмехнулся и мысленно воззвал к Апофису. Тот спустя несколько секунд вынырнул из мрака под кроватью и начал радостно летать по комнате.
— Дракон, — обомлел мужчина, попятился и грохнулся на задницу."
"Его глаза ещё больше выпучились, а рот широко распахнулся.
— Артефакт оказался яйцом, а внутри был дракон? — протараторил смертный и протянул к Апофису раскрытую ладонь.
Тот, к моему удивлению, не отгрыз её по самый локоть, а уселся на ладонь. И только тут я заметил, что дракончик держит в пасти безжизненно-серый слабо пульсирующий камень. Явно артефакт. Причём я такой прежде не видел.
— А это что такое? — озадаченно нахмурил брови Громов и как заворожённый потянул пальцы к камню.
— Не трогай!!! — торопливо выпалил я и сильно топнул ногой, привлекая внимание Громова.
Тот вздрогнул и испуганно глянул на меня. Но его пальцы уже коснулись камня, из которого тут же вырвался мертвенно-бледный туман.
Он в мгновение ока заполнил комнату, скрыв её от моих глаз. Да и звуки пропали. Я только слышал грохот пульса, барабанящий в ушах.
Но уже спустя миг туман начал рассеиваться, обнажая спальню. А та разительно изменилась… И не в лучшую сторону.
В мутное окно с грязевыми разводами проникал бледный, холодный свет. Он падал на прогнившую кровать и скользил по покрытым жёлтой плесенью половым доскам, изъеденным насекомыми.
Монитор компьютера оказался разбит, а с почерневшего растрескавшегося потолка капала мутная жижа. Звук ударяющихся о пол капель был единственным, оглашающим комнату, напоминающую декорации к фильму ужасов.
Бледный Громов выпученными зенками смотрел на отошедшие от стен прогнившие обои и с шумом вдыхал тухлый, тяжёлый воздух. Его грудь под халатом часто-часто вздымалась.
— Локки, где мы? — прошептал он, лихорадочно облизав губы. — Мы умерли?
— Сомневаюсь, — не теряя присутствия духа, проронил я, глянув за окно.
Там везде царила серая хмарь, словно дом парил среди неё.
— Я… я не знаю, почему тронул камень, — принялся оправдываться Громов.
