В глубинах темного зала академии, мысли героя забыли о пространстве и времени, сосредоточившись на ужасе вокруг. Кроваво-красный свет локка 5 купал все в потоках неистовой ярости, а мрачные лица собравшихся словно окаменели в камне. Герой ощущает, как его сердце гонится за сценой экстремального противостояния, и каждый шаг может быть последним....
Девица пару мгновений сверлила меня взглядом, а затем нехотя написала карандашом номер телефона прямо на листе блокнота, где вполне достоверно нарисовала моё лицо.
— Вот, — вырвала она листок и передала его мне. — Порой смотри на этот рисунок и вспоминай меня.
Ангелина позволила себе бледную улыбку. А её выдающаяся грудь из-за движения руки хозяйки покачнулась в декольте. И клянусь задницей Фрейи, ещё мгновение назад блузка была расстёгнута всего на одну пуговицу, а сейчас уже на три, обнажив верх кружевного лифчика.
— Непременно, — иронично проронил я и сунул листок в карман. — Пока.
— До скорой встречи, — с намёком проговорила она, тряхнув водопадом волос.
* * *Как только Громов покинул кафе, за стол к Ангелине присел тот самый мужчина, читавший книгу.
— Ну как всё прошло? Кажется, не очень, — простуженным голосом просипел смертный, почесав щеку, покрытую жёсткой седой щетиной.
— Он раскрыл и тебя, и меня. Пришлось сразу перейти к плану «Г», минуя все остальные, — невесело усмехнулась девица.
— Да ты что⁈ — изумился мужчина, округлив колючие серые глаза, довольно близко посаженные к длинному носу, испещрённому мелкими шрамами, похожими на лунные кратеры. — Какой ушлый юнец. Прям как я в молодости.
— Нет, думаю, он получше тебя.
— То-то я и гляжу, у тебя уже сиськи наружу, — осклабился мужчина, показав зубы со сточенными годами кромками. — Что, понравился тебе паренёк?
— Ты меня знаешь, Ульян, я не из таких, — холодно проронила девушка и застегнула пуговицы блузки.
— Ладно, давай выкладывай, о чём вы говорили. Надо наверх доложить, — проговорил мужчина, с сожалением посмотрев на скрывшуюся грудь собеседницы. Даже облизал шелушащиеся губы.
Ангелина же вздохнула и коротко поведала ему о разговоре с Громовым.
— Негусто, — нахмурился Ульян, проведя рукой по коротко стриженным седым волосам. — А как он сам? Какое впечатление произвёл?
— Странное. Лицо юное, ведёт себя порой как ребёнок, а иногда смотрит словно древний мудрец, повидавший на своём веку столько, что другим и не снилось.
— По каким местам дрожь пробегает? — похабно осклабился Ульян.
— Ты вроде взрослый, а шутки у тебя как у подростка с круглосуточным стояком. Но тебе-то уже на пенсию пора.
— Да, на пенсию, — мигом приуныл мужчина и в сердцах пробурчал: — Аж злость берёт, как представлю, сколько мне будут платить. Я не заслуживаю таких копеек.
— Согласна.
