В новой части "Локки", вы переноситесь в шокирующий мир: залы из чёрного камня и высеченных статуй, напоминающих о забытом легендарном мире. Яростная битва развернулась здесь, а теперь её последствия терзают тебя, как никогда прежде.
Ещё бы, здесь же территория Хаоса! Да к тому же новый портал должен быть в разы сложнее, чем обычный межмировой, чтобы через него смогло пройти смертное тело Громова-младшего. Правда, оно усилено моей душой, обрётшей полубожественность, но всё равно подобный портал довольно трудно создать. Даже Один повозился с ним, когда отправлял меня сюда из мира, где в клетке томился Иврим.
Сам я подобный портал пока создать не могу. Нет, у меня есть атрибут, способный сотворить межмировой портал, но через него тело Громова не пройдёт.
— Пойдём, — ровным голосом сказал Хеймдалль, не показывая, что новый портал ему дался нелегко.
Я вместе с богом молча шагнул в голубое подрагивающее зеркало и спустя миг тьмы оказался на каменном острове, обосновавшемся среди магмы. Перед нами в горячих сумерках вытянулась чёрная башня, упирающаяся в небеса, затянутые облаками. Тут-то недавно Хеймдалль и пытался грохнуть меня, но я переиграл его.
Бог нахмурился, видимо вспомнив об этом.
— За мной! — рыкнул асгардец, словно он тут был главным.
Я снисходительно глянул на него. А тот скрежетнул зубами и быстро пошёл к металлической двери Башни. Он ухватился за створку и без труда открыл её. Я тут же сделал вид, что сейчас нырну в царящую за дверью тьму, но бог одним прыжком заскочил в башню, чтобы оказаться там первым.
Хеймдалль вёл себя как мальчишка, хотя прожил уйму лет. Меня искренне повеселило его поведение.
И по ступеням Хеймдалль тоже первым начал спускаться, желая показать, что он здесь лидер.
— Проклятая тьма, — в сердцах прошептал я, точно зная, что лестница тут крутая.
Если оступишься и покатишься по ступеням, то внизу будешь себя чувствовать так, словно по тебе промчался табун лошадей.
— Так разгони её, — ехидно выдал бог, прекрасно понимая, что в башне не работают ни артефакты, ни магия.
Возможно, нам бы помогли банальные факелы или спички, но никто из нас не подумал о них.
— Башня, включи освещение, — сказал я во тьму.
Та ответила гробовой тишиной.
— Размечтался, — желчно выдал Хеймдалль и хотел что-то добавить, но внезапно лязгнул зубами, едва не рухнув со ступеней, когда они вдруг начали светиться, разрывая царящий вокруг мрак.
— Благодарю, — усмехнулся я, коснувшись стены из чёрных булыжников.
Бог непроизвольно бросил на меня завистливый взгляд и тут же отвернулся, скрывая свои эмоции.
