В камине плескались огненные языками, уютно светя над столом, где император и его гость обменивались взглядами, как две капли воды. Яркие ложки и ножи на тонком деревянном блюде свидетельствовали о безупречных кулинарных навыках хозяина, а мысленно подумал я: каждый предмет здесь служит своей целевой цели....
Я растянул губы в улыбке, фигурально выражаясь, протянув мужчине руку мира, несмотря на то что он пытался испортить мою репутацию с помощью коллеги Ангелины. Тот подбросил мне молитву, восхваляющую богиню Маммону. Однако всё закончилось благополучно для меня.
Конечно, часть моей тёмной души настырно твердила, что графу надо жестоко отомстить. Впрочем, ему уже жизнь отомстила. Буквально несколько минут назад мне стало известно, что погиб его сын Рыльский-младший. Тяжёлый удар для старого графа.
Однако Фенрир его знает, что думал сам аристократ. И никто из сидящих за столом людей не знал, какие мысли бродят в голове графа. Потому-то в палатке нарастало предгрозовое напряжение, аж воздух сгустился. Его можно было резать ножом. Кто-то начал тяжело дышать. А в глазах старого графа разгорелись искры, готовые поджечь порох мести.
Но внезапно он весь как-то сдулся и вяло проронил:
— Благодарю за похвалу, Рука императора.
— И примите мои соболезнования. Ваш сын был хорошим человеком и отменным воином, — добавил я и изобразил тень искренней печали на лице.
Рыльский молча кивнул и отвёл взгляд, словно дуэлянт, опустивший шпагу в жесте отказа от сражения.
Тотчас напряжение начало улетучиваться, а высшие офицеры принялись понятливо переглядываться, смекнув, что граф не будет искать мести.
Но сам Рыльский ни на кого не обращал внимания. Он вдруг поднял голову и сухо по-военному спросил, переводя тему:
— Разрешите узнать причину вашего появления в нашем лагере, Рука императора?
— Надо сверить часы, то бишь поведать друг другу наши действия во время грядущей битвы, — ответил я, отмахнувшись от какой-то непочтительной мушки, лезущей мне в глаза.
Офицеры закивали. Дескать, да, важное дело.
Тут же на столе появились подробные карты местности, изрисованные красными квадратиками и чёрными кругами. Они изображали наши войска и орду противника.
Я принялся изучать карты, слушая хриплый сильный голос главнокомандующего. Тот рассказывал мне, как, когда и кто первым нанесёт удар по орде, и что за ним последует. В общем, он поведал основной план битвы.
