В камине плескались огненные языками, уютно светя над столом, где император и его гость обменивались взглядами, как две капли воды. Яркие ложки и ножи на тонком деревянном блюде свидетельствовали о безупречных кулинарных навыках хозяина, а мысленно подумал я: каждый предмет здесь служит своей целевой цели....
"
"Хорошо хоть пиявки не трогали асгардца. Тот продолжал стоять возле саркофага, а у его ног валялись разрубленные тела мелких тварей. Но бог ни на что не обращал внимания. Он запавшими глазами смотрел на стену, а его кожа на лице покрылась тонкими морщинами. Больше он не продержится. Надо заканчивать.
И тогда я мельком посмотрел на древо. Оно светилось гораздо мощнее, чем прежде, намекая, что подпиталось энергией бога.
— Достаточно, — пробормотал я, прыгнул к богу, сунул клинки в ножны и одним движением вырвал из его руки лиану, после чего взвалил тело Хеймдалля на плечи и бросился бежать, крикнув на ходу: — Башня, открой портал, ведущий к входной двери!
Передо мной послушно возник портал, в который я и сиганул, оставив разочарованно запищавших пиявок в зале.
Я с Хемом на плечах оказался в уже знакомом коридоре, которым мы ходили сегодня. Быстро приказал порталу закрыться и с облегчением упал задницей на прохладные камни. Положил бога рядом и трясущейся рукой проверил его сердцебиение.
— Выживет, — удовлетворённо проговорил я в темноту, разрезаемую тонким солнечным лучом, проникающим между дверными створками. — А выживу ли я?
Моё тело колотила крупная дрожь, а по венам будто гулял расплавленный металл. Глаза слезились, пальцы сводило судорогой, а дыхание с трудом вырывалось из ходящей ходуном груди.
— Нет, млять, меня так просто не убить. Хрен вам всем! Я добьюсь всего, чего хочу, невзирая ни на какие препятствия, — прохрипел я, с трудом поднялся на ноги и кое-как снова взвалил бога на плечи.
До выхода было всего шагов десять, но мне это расстояние пришлось идти целую вечность. Однако я преодолел его, толкнул дверь и вывалился на площадь Гар-Ног-Тона, залитую жгучим, жарким солнечным светом.
— Человек из-за Стены! — выпалил чей-то силуэт, прячущийся в тумане, плавающем перед моими глазами.
— Позови… кхам… стариков-изгоев. Скажи им, чтобы они изгнали из моего тела яд.
И я, верный своему слову, смежил веки и упал рожей на грязную брусчатку площади, лишившись сознания.
* * *Прямо на берегу реки Волги возвышался крепкий старинный особняк из громадных брёвен.
