В динамичном Новом Мире, клубная жизнь зажигает огни вдали от городской стены. В ночном локарне танцуют стайки элегантных костюмов и забытые солнце юные лица. Этот трэшный вечер привлекает внимание, когда худой брюнет выходит из клуба на парковку - за ним следует пара крепышей в дорогих шмотках, а последним становится черноволосый молодой человек с роковой мановкой....
Помахал рукой Громову и оглядел скрытую полумраком уютную комнатку.
Лунный свет из окон падал на ковры, отражался от полированной мебели и почти дотянулся до резных шкафов с книгами. На столе же красовался компьютер, а рядом с ним лежал чёрный сотовый телефон.
А ещё тут отыскалась неприметная дверь, за которой скрывалась ванная комната. Я провёл в ней не меньше получаса, нежась в горячей воде. А потом покинул её, набросив на чистое тело махровый халат.
— Ой! — воскликнула заспанная девица, увидев меня.
Она торопливо поставила на стол три бутылки пива и блюдо с нарезанным холодным мясом и колбасами.
— Доброй ночи, — улыбнулся я, оценивающим взглядом пробежавшись по сочной фигуре служанки.
На вид ей было лет двадцать пять. Личико могло похвастаться приятными чертами. А в больших голубых глазах горело искреннее переживание за Александра.
Хм, конечно, ей далеко до красоток из Асгарда, но на безрыбье и кракен рыба.
— Доброй ночи, господин. Я так рада, что вы наконец-то пришли в себя! — выдохнула смертная, теребя завязки слегка помятого платья.
Видимо, она накинула его второпях, когда Громов разбудил её.
— А я-то как рад. Присаживайся. Составь мне компанию. Конечно, мужчине не стоит так говорить, но мне сейчас одиноко. В голове до сих пор какая-то муть. Хочется почувствовать чью-то поддержку, чьё-то тёплое плечо… Особенно твоё. Ведь… да что я всё мямлю⁈ Когда я был без сознания, мне пару раз привиделось твоё очаровательное личико…
Девушка раскрыла рот, а я продолжал заливаться соловьём, словно бог-скальд Браги.
Вскоре её платье полетело на пол. Девушка томно задышала, а её стиснутая бюстгальтером грудь часто вздымалась. Пальцы же поддели резинку крошечных трусиков.
Но я решил всё сделать сам. Приблизился к служанке, повалил её на кровать и окунул в мир страсти. Да и не только страсти…
Девушка не раз удивлялась тому, откуда её чудом исцелившийся господин знает столько странных поз, а она лишь по-собачьи умеет да верхом.
Но клянусь всеми богами, ночь выдалась бурной! А проснулся я в тот миг, когда солнце едва-едва показало из-за горизонта свою багровую морду. Однако девицы рядом со мной уже не было. Меня это вполне устраивало.
— М-м-м, — простонал я, вставая с кровати."
"Смертное тело требовало еды и воды. Мышцы болели, впрочем, как и связки на руках и ногах. Однако за прошедшие часы эта тушка всё же изменилась в лучшую сторону. «Регенерация» заметно встряхнула её.
