В динамичном Новом Мире, клубная жизнь зажигает огни вдали от городской стены. В ночном локарне танцуют стайки элегантных костюмов и забытые солнце юные лица. Этот трэшный вечер привлекает внимание, когда худой брюнет выходит из клуба на парковку - за ним следует пара крепышей в дорогих шмотках, а последним становится черноволосый молодой человек с роковой мановкой....
Помимо него, в кабинете был ещё один человек — крепкий, пожилой дворянин с остатками седых волос и изборождённом морщинами лицом. Он руководил той группой, что первая прибыла в форт. И величали его граф Седов.
— Он погиб, — взял слово графенок, снова превратившись в надменного аристократа. Словно и не он последние несколько часов вёл себя как форменный маменькин сынок.
— Продолжайте, граф Горский, — посмотрел на него пожилой аристократ, стоя возле окна-бойницы.
— Кхем, — кашлянул в кулак Кеша, почесал шею и с достоинством заговорил: — Наш отряд попал в блуждающую аномалию, перенёсшую нас в подземелье Хаоса.
Оклемавшаяся после отката мулатка возмущённо фыркнула, глядя на Горского. А тот старался не смотреть в нашу сторону.
Прокляни его Чернобог! Как же Кеша себя обелял! Не знай я правды, мог бы поверить в его слова. Отменный лжец.
— Эх, Ратников, — тяжело вздохнул Морозов, ударив раскрытой ладонью по ляжке, — пусть боги будут благосклонны к твоей душе.
"— Храбрый был кадет. Я передам его отцу, что он погиб как герой, — проговорил старый граф, хмуря седые брови. — Что было дальше? Может, вы что-то скажете, баронесса?
— Я! Я продолжу, — торопливо выдохнул Кеша, облизал губы и отбарабанил, напустив на себя оскорблённый вид: — У меня нет доверия к тому, что может сказать баронесса! Она вместе с Громовым издевалась надо мной, пользуясь моей слабостью после боя.
— Охренеть! — опешил я, хотя и ждал от этого дурака любой подлости.
Видимо, Кеша решился на такие возмутительные обвинения, побоявшись того, что мы с Огневой выложим честную версию произошедших событий. А он в таком рассказе выглядел бы полным трусом.
