Автор
В Лондоне средь бела дня начинается серию ужасных зверств. Столица оказывается в огне от беспорядков и драк, когда бедность и разочарование достигли критической точки. Писатель Эндрю Тэйлор мастерски исследует этические вопросы, связанные с обществом, раскрывая тонкую грань между правдой и ложью в мире политических изменений....
Стихари и рясы Кэт повесила обратно в шкаф.
Затем отец внимательно осмотрел кабинет, насколько позволял тусклый свет фонаря. Его движения были методичны и неспешны. Кэт ждала, когда он завершит осмотр. Даже в плаще ее била дрожь. Только убедившись, что кабинет выглядит так, будто Кэт сюда никогда не заходила, он взял дочь за руку и вывел за дверь.
Снаружи галерея тянулась над северной частью клуатра. Почти вся крыша обвалилась, и одна из каменных оконных рам вывалилась наружу вместе с кусками стены по обе стороны от нее.
"— Здесь не опасно, надо только ступать осторожно и держаться левой стороны, — произнес отец. — Держись за мою руку.
Он запер дверь и повел Кэт по галерее к арке. Они оказались в другом помещении, тянувшемся до угла клуатра. Там, где неф собора пересекался с южным трансептом, Кэт заметила небольшую дверь. Почерневшая после Пожара, но не тронутая огнем, она была открыта.
Слабый луч фонаря скользнул по скрывавшейся за дверью винтовой лестнице. В глубоком проеме внутри стены ее спираль поднималась вверх, в темноту.
Кэт коснулась локтя отца:
— Сэр, нам обязательно туда идти?
Она не боялась ни высоты, ни темноты. Но что ее пугало, так это чувство беспомощности и ощущение, что она в ловушке.
— Забудь о страхе, — приказал отец. — Ибо я с тобой.
Он подтолкнул Кэт вперед. Девушка стала карабкаться, вытянув руки так, чтобы одна ладонь касалась стены слева, а вторая — центрального столба справа. Отец закрыл за ними дверь и стал подниматься следом. Он шагал по каменным ступеням такой уверенной, твердой походкой, будто путь ему освещало яркое солнце.
Тень Кэт прыгала в дрожащем круге света от фонаря. Сверху их обдало холодным воздухом. Здесь, внутри каменного каркаса здания, было гораздо прохладнее, чем в комнате, где Кэт пыталась уснуть.
— Быстрее, — прошептал отец. — Поднимайся выше.
Они оказались в коридоре между двумя голыми каменными стенами.
— Тихо, — раздался у нее за спиной приглушенный голос Томаса Ловетта. — Мы сейчас на уровне трифория. Не бойся, пол крепкий и ровный.
Он положил руку Кэт на плечо и легонько подтолкнул ее вперед. Кэт прошла под аркой. Властный голос отца и уверенность, с какой он здесь ориентировался, подействовали на нее успокаивающе. Трифорий — галерея второго яруса церковного нефа, расположенная над боковыми приделами. Теперь Кэт сообразила, где они находятся. Центральная башня должна быть слева.
В конце галереи вилась еще одна винтовая лестница.
