В зале тихий шепот перешел в бурные дискуссии — все пытаются угадать, кто это: Эрика Тизар или кто-то другой. В воздухе чувствуется напряжение и легкая магическая энергия, как будто каждый зажигает свечу к самой важной загадке дня.
Похоже, «Лорд, который влюбился» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Эрика?
Я присела в новом реверансе и сказала:
– Простите, я так долго вас ждала, что… – я указала на загороженный телом Рэйна дверной проем, – можно мне туда?
Бывший жених удивился, однако отступил, а я, ловко просочившись мимо него, вошла в ванную. Огляделась и облегченно выдохнула – никого, ванная была пуста.
Лишь сейчас поняла, какое напряжение испытывала, и расстроилась, что дальше будет только хуже. Однажды Рэйнеру надоест ходить в холостяках, и он закрутит роман с какой-нибудь дамочкой, а я этого не выдержу.
Впрочем, снова стоп. Глупые мысли лучше оставить на потом, а сейчас…
– Рэйнер, тут такое дело… – я круто развернулась в проеме.
Варкрос маневр не понял.
– Ты ведь хотела в уборную? – напомнил он недоуменно.
– Уже не хочу.
Рэйн опять-таки не понял и, даже не пытаясь сменить полотенце на что-то более приличное, сказал:
– Я тебя слушаю.
С сожалением и досадой я раскрыла журнал на нужной странице и сунула ему:
– Вот.
Взял, посмотрел, нахмурился… Потом скривил в неудовольствии губы, а я перешла непосредственно к делу:
– Нужно заставить их написать опровержение и извиниться перед нами.
Бывший жених неожиданно промолчал.
Я застыла, ожидая его злости и желания стереть репортера в порошок, но Рэйнер оставался в целом спокоен. Наконец я услышала:
– Уж не знаю, как они пронюхали, но требовать опровержения не буду.
– Это еще почему?
Мой шок был искренним и заметным, и Варкросу он почему-то не понравился.
– Эрика, мне не пятнадцать лет, я боевой маг высшей категории и принадлежу к уважаемому роду. Я не имею права метаться из стороны в сторону – то женюсь, то не женюсь, то на тебе, то на ком-то еще.
Я не поняла, и Рэйн продолжил:
– Я не собираюсь выглядеть в глазах общества идиотом, который не может определиться с личной жизнью. Дураком, который судится с газетчиками, быть тоже не желаю. Написали, что мы помолвлены, значит так тому и быть.
– Что-о-о?
Я опять не поняла, и потребовалось время, чтобы осознать сказанное.
– То есть вам проще жениться на мне, чем призвать репортеров к порядку?
Поморщился, словно не такого ответа ждал.
– Эрика, я не могу на них надавить – мы с тобой действительно были помолвлены, то есть написанное в этом журнале, в целом, правда.
– Мы были помолвлены! – воскликнула я, а сердце сжалось. – Были. В прошедшем времени!
– Ну, ничто не мешает заключить помолвку еще раз.
