В зале тихий шепот перешел в бурные дискуссии — все пытаются угадать, кто это: Эрика Тизар или кто-то другой. В воздухе чувствуется напряжение и легкая магическая энергия, как будто каждый зажигает свечу к самой важной загадке дня.
Похоже, «Лорд, который влюбился» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Зато матушка… Готов спорить на что угодно, что идея с помолвкой принадлежит ей. Я в который раз скрипнул зубами, и даже кулаки от досады сжались. Следом пришло понимание: если так, то матушке известно, что мои отношения с Джиф очень далеки от тех, какими, по идее, должны быть.
То есть мама в курсе, что мы с Джиф занимаемся не только разглядыванием звёзд, и это проблема. Бедняжка Джиф – ей будет по – настоящему сложно поладить со свекровью. Не сказать, что матушка законченная моралистка, но принять девушку, которая многократно отдавалась мне до свадьбы, ей будет всё-таки тяжело.
..А потом были ПОБЗы. Много ПОБЗов! Первый курс, третий и пятый. В довесок – один из приписанных к Иверсу выпускников.
Парень оказался одарённым, но тупым, как пробка от дешёвого шампанского. К концу отработки хотелось его прибить.
* * *Эрика Тизар
Нервотрёпка минувшего вечера, как и беспокойная ночь, всё же сказались. К концу учебного дня я чувствовала себя совершенно разбитой и зевала на каждом шагу. Очень хотелось прилечь на минуточку и отрубиться как минимум до вечера, но я себе такой роскоши не позволила.
То есть я собиралась, но тут Амелин напомнила о сочинении, заданном к завтрашнему занятию – пришлось срочно брать себя в руки и возвращаться в строй.
Очутившись в комнате, я заварила большую кружку кофе и, тихонько обругав тех, кто придумал задавать будущим боевым магам сочинения по литературе, засела за работу. Нам предлагалось поразмышлять о так называемом изумрудном веке в поэзии, и схалтурить было нельзя.
Просто преподавательница была настоящей фанаткой, и въедливой до ужаса. Она действительно, без шуток, пыталась вдолбить в наши светлые головы свой совершенно бесполезный с точки зрения магии предмет.
В итоге, за первой кружкой кофе последовала вторая, а потом и третья. К моменту, когда за окном стемнело, я уже не зевала, а совсем наоборот, была живее всех живых.
На последних строчках сочинения пришлось отвлечься – в дверь постучали, на пороге обнаружились Камея с Лисентой, которые пришли поинтересоваться состоянием моей физиономии, а заодно напомнить про ужин.
Губы за это время уменьшились, и даже дикции уже не мешали, но до нормы пока не дотягивали. Пришлось снова наматывать шарф и уже в таком виде топать вниз. Девчонок я, ввиду необходимости дописать и перечитать работу, отпустила и в столовую пришла самостоятельно. Явилась одной из последних, к полупустым столам раздачи и отсутствию самых вкусных блюд.
Но это ерунда – наедаться я не собиралась.
