Автор
В Лорде-Обольстительном мир обычных законов любви, нормандский аристократ де Сентевиль восхищается художницей. Но она отталкивается его жестокостью и высокомерием. Как разгорится противостояние этих двух сильных натур?
Меня волновало долгое отсутствие Николь, и я уже собралась выйти на улицу, чтобы встретить ее, когда услышала голос консьержа.
Я сбежала вниз. В вестибюле стоял подросток.
— Мадам Коллисон, — обратился он ко мне, — вы не могли бы поскорее прийти в Hфpital St. Jacques? Вас там спрашивает одна дама.
— Дама?
— Мадам де Сент-Жиль… Ее ранило. Проклятые немцы…
От ужаса у меня подкосились ноги. Тот взрыв! Они обстреливали Париж, и Николь…
Я бросилась было бежать в больницу, но вспомнила о Кендале.
— Подожди одну минуту, — сказала я подростку.
— Мадам де Сент-Жиль ранена, — сообщила я Жанне. — Пока меня не будет, присмотри за Кендалом.
Жанна кивнула. Я могла на нее положиться.
К счастью, больница находилась неподалеку.
Я с трудом узнала лежащую на узкой койке Николь. Ее переодели в белую рубашку, на которой проступили пятна крови.
Упав на колени возле койки, я впилась взглядом в ее лицо.
Николь узнала меня, но видно было, что ей это далось нелегко.
— Кейт, — прошептала она.
— Я здесь, Николь. Я прибежала, как только мне сообщили.
— Они обстреливают Париж. Мы окружены… Я спешила домой, чтобы сказать тебе…
— Тебе лучше молчать.
— Я должна говорить, Кейт.
— Нет, — возразила я, — ничего ты не должна. Тебе что-нибудь нужно? Чем я могу помочь? Тебе больно?
Она покачала головой.
— Я… почти ничего… не чувствую. Со мной что-то не так.
— О Николь! — прошептала я, охваченная раскаянием и стыдом. Она давным-давно могла покинуть Париж.
— Кейт…
— Да?
Она вяло улыбнулась мне. В ее лице не было ни кровинки. Если бы не глаза, можно было бы подумать, что она мертва.
— Я… я хочу рассказать тебе…
— Тебе нельзя говорить.
— Это мой… конец. Странно… Погибнуть на парижской улице. Мне всегда хотелось знать, каков будет мой конец… Теперь знаю.
— Тебе нужно поспать.
Она улыбнулась.
— Хочу, чтобы ты… поняла.
— Я и так понимаю, мой дорогой друг, что без тебя я никогда бы не справилась со своими бедами.
Мои глаза затуманились слезами."
"Казалось, она пытается покачать головой.
— Это все он… Кейт.
— Он?
— Барон.
— Он сейчас пребывает в своей норманнской цитадели. И в полной безопасности.
— Попытайся… Кейт. Попытайся понять. Это все был он. Это его дом… Он заботился о тебе…
Что она хотела сказать?
— Не волнуйся, — проговорила я. — Что бы там ни было, теперь это не имеет значения.
— Нет… нет… — бормотала она. — Попытайся понять его.
