Автор
В Лорде-Обольстительном мир обычных законов любви, нормандский аристократ де Сентевиль восхищается художницей. Но она отталкивается его жестокостью и высокомерием. Как разгорится противостояние этих двух сильных натур?
Ребенок истощен, он уже больше трех месяцев недоедает. Слава Богу, Кендал оказался достаточно крепким, чтобы пережить это. Но теперь он нуждается в хорошей пище… свежем воздухе… отдыхе за городом. И он получит все необходимое, даже если мне придется похитить его. Повторяю, он это получит!"
"Я пристально посмотрела ему в глаза и произнесла:
— Я принимаю ваше предложение.
Барон улыбнулся.
— Я знал, что ты его примешь, Кейт. Скоро мы уедем. Я это знаю точно.
— Как мы выберемся из Парижа?
— Что-нибудь придумаю.
— Не представляю, что тут можно придумать.
— Но ты же во мне не сомневаешься, а?
— Нет, — покачала я головой. — Не сомневаюсь.
Он наклонился и поцеловал меня в лоб.
— Ты будешь рядом со мной, Кейт, — прошептал он. — Мы так сблизились за эти месяцы… ты не находишь?
— Вы очень много для нас сделали.
— Ты ожидала от меня чего-то другого? Ведь вы… моя семья.
Я отстранилась от него и направилась в salon. Мрачный. Холодный. Заброшенный. Какая пародия на минувшие дни! Села на канапе и закрыла лицо руками.
Но барону удалось меня успокоить. Я знала, что с его помощью нам удастся спастись.
* * *Перемирие было заключено двадцать седьмого января. Если бы парижане не ослабели до такой степени во время осады, то непременно высыпали бы на улицы праздновать это событие. На следующий день город капитулировал.
Осада Парижа закончилась.
Барон как будто набрался свежих сил. Он уже ходил довольно быстро, а если и волочил немного правую ногу, то нельзя было сказать, что это причиняет ему особые неудобства.
Он отсутствовал целый день, так что я уже начала беспокоиться и отчаянно молилась о его благополучном возвращении.
Ближе к вечеру барон наконец-то вернулся.
Было видно, что он чрезвычайно доволен собой.
— Завтра мы уезжаем, — заявил он. — Я раздобыл лошадей.
Он взял обе мои руки в свои и поцеловал их. Затем привлек меня к себе, обнял и рассмеялся.
— Мы почти прорвались! — воскликнул он.
— Как вам это удалось? Ведь лошадей нигде нет.
— Подкуп. Как видишь, это возможно даже в самых дисциплинированных армиях.
Я затаила дыхание.
— Вы имеете в виду… немцев?
— А что, немцы не люди? Похоже, деньги по-прежнему правят миром. Как хорошо, что я располагаю достаточным количеством этого средства воздействия. Кендал! Где ты? Иди сюда! — закричал он. — Мы уезжаем! Мы едем за город! Мы отправляемся в путь на рассвете! Жанна! Жанна, где ты? Собирайся. Лошади будут здесь завтра утром.
